Это «степной миллионер» Косьма Васидьевич Рукодеев. Как в «Записках степняка», так и здесь, этот тип обрисован грубоватым человеком, но стояпщм за дрогресс, за образование. Он знает об опытах профессора Сеченова, за чаем говорит о Тъере; он знает, что.«Пуіпкина давно уж в хлам сдали», рекомзндует читать Ч. Дарвина «О ирожсхождении человека» и тонко подсмеивается над поддакиваюЩим исправником: «прогресс-то, —прогресс, но ежели я, так сказать, раснущу прокламации на счет этак социального переворота, то ведь, пожалуі, не усомниться в кутузку меня ввергнуть?» Над дворянами он нодтрунивает : способны только денежки проживать. «Еогда заумсхватится ичтобы, таксказать, занарод, затрудовую массу». К нему с уваженжем относится столь неноколебимая натура, как Мариан Лукьяныч Рахманный, который даже сына своего, Николая, посылает к нему кой-чему поучиться. Друтой аналогичный тип —Илья Финогеныч. Он советует Николаю ехать в столицу учиться. «Работы здесь много —долби невежество, долби его подлое, покуда сил хватжт» —советует он Николаю. Представителямн новых мыслей являются и сыновья двух старых гарденинских столпов : Николай, —сын Мартина Аверьяныча Рахманного, и Ефрем, —сын конюшего Канитона Аверьяновича. Нервый из них занимает едва лн первенствующее место среди всех основных персонажей романа. Медленно и робко пробуждается в нем «новое», и «болезненно» отрывается он от старой гарденинской.почвы. Сынунравляющего и его^ке номощник, а следовательно и экснлоататор, с несколько наивной тягой к знанию, к стихотворчеству, медленно, через случайные книги, лишь частично через наблюдение окружающей его жизни, он начинает понимать, что ■—«где народ, —там истон», видит он и просачивающуюся в Гарденино новнзну, и мучжтельно доискивается —где корни всему этому. Hepeшитeльный,■ ноловинчатый, не может он норвать со своим настоящим. И с горькжм вонросом обращается к' нему Ефрем —сын конюшего и студент-медик, сумевший норвать со своим прошлым: «Кчему выготовитесь? Одною рукой пробить, а другою раздавить но грошпку? Нечальный пейзажик, Николай Мартиныч!» Длительный путь исканий Николай окончивает очень «нрозаически» • он превращается в дельного торговца железом и заседает в земском собрании. Ефрема автор рисует уже самоопределившимся, не останавливаясь на путях его развития. В нем развито классово-разночинное сознание. «У меня, ведь, старые счеты с Гардениными —разумеіо «гардениных» с маленькой буквы, т. е. в смысле широко собирательном». Как студент-разночинец он штудирует Маркса, Лассаля, политическую экономию, презирает всякие «ноэзии», «эстетики» и «беллетристжки». Прочита,в газетную заметку Николая Рахманного, с указанием на частные причины крестьянского разорения —разделы, поборы нопов и пр., Ефрем задает Николаго вопрос: «А кто виноват?» Разве вы не думали об экономических условиях? Развене лучше бороться с общими причинами разорения?» Об Елизавете Константиновне Гарденинои 123
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4