_____________________ Юрьевскій Уѣздный Комитетъ. 185 Вопросъ этотъ въ настоящее время такъ обстоятельно разработанъ многими учеными обществами и лицами и наиболѣе независимой частью нашей прессы, что уже нѣтъ болѣе никакихъ сомнѣній въ пагубности золотого обращенія и вызваннаго имъ денежнаго голода для всѣхъ отраслей народной жизни вообще и для дѣла сель- і скаго хозяйства въ частности. Это стало аксіомой, и потому я не нахожу необходимости повторять всѣ положенія аксіомы. Замѣчу лишь, что введеніе золотого обращенія, какъ видно изъ почтеннаго труда профессора Мигулина: «Реформа денежнаго обращенія въ Россіи и промышленный кризиеъ (1893—1902 года)» не встрѣтило сочувствія и высшаго нашего правительственнаго установленія Государственнаго Совѣта и проведено въ жизнь безъ одобренія его одними частными распоряженіями. И", дѣйствительнр,' съ момента введенія зодота, какъ и нредрекало болыпинство членовъ Государственнаго Совѣта (та же книга проф. Мигулина), начинается рядъ экономическихъ бѣдствій: банкротства всевозможныхъ предпріятій и даже такихъ. которыя пользуются особенной заботливостью нашего Министерства Финансовъ, увеличились и продолжаютъ прогрессивно увеличиваться задолженности—и государственная по разнымъ займамъ, и землевладѣльческая помѣщичья, и земледѣльческая крестьянская; при этомъ послѣднее обстоятельство особенно неоспоримо выражается въ цифрахъ недоимокъ, несмотря на интенсивность взысканія ихъ, а первыя—у всѣхъ на глазахъ, и помѣщичьи хозяйства таютъ съ невѣроятной быстротой и стремительностью. При настоящемъ золотомъ обращеніи немыслимы не только улучшенія въ дѣлѣ сельскаго хозяйства, но дѣло это не можетъ оставаться и въ теперешнемъ жадкомъ положеніи и, если можно. такъ выразиться, катится по накдонной плоскости съ прогрессивно увеличивающеюся скоростью къ своей конечной цѣли—общему обнищанію и землевладѣльцевъ, и земледѣльцевъ. И дѣйствительно, каково теперь положеніе ѳтихъ двухъ классовъ? Крестьяне-землепашцы бѣгутъ отъ земли, а остающіеся въ деревнѣ довели свои потребности до положенія нищенства; по статистическимъ даннымъ б21/20/о ихъ не имѣютъ необходимаго хлѣба для ѣды, и наиболѣе осмотрительные и осторожные изъ нихъ, какъ приходится наблюдать, нашли слѣдующій оригинальный и остроумный выходъ изъ невозможности уплачивать подати и сборы. Они распродаютъ все, могущее быть проданнымъ за недоимки, какъ-то: овецъ, житницы, мѣдные самовары, не даютъ подрасти скоту и т. п., замѣнивъ, напр., вторыя деревянными ларями, вполнѣ достаточными для склада всего скуднаго урожая, и третьи —самоварами жестяньши, имѣющими цѣнность только въ лавкѣ. Припрятавъ затѣмъ женины и дочерьнины наряды. такой земледѣлецъ, отказавшись отъ надѣла и заарендовавъ земли у частныхъ собственниковъ, чувствуетъ себя совершенно спокойнымъ отъ назойливыхъ требованій недоимокъ; у него нѣтъ ровно ничего, чтобымогло быть на ихъ пополненіе продано. Этотъ остроумный исходъ, несмотря на кратковременность изобрѣтенія, начинаетъ привлекать послѣдователей, контингентъ которыхъ, внѣ сомнѣнія, будетъ прогрессивно увеличиваться. Что же касается помѣстнаго дворянства, то положеніе его также незавидно, и дни его, если можно такъ выразиться, уже сочтены. Въ имѣніи жить невозможно, оно день ото дня даетъ менѣе дохода, котораго нерѣдко не хватаетъ не только на собственную жизнь, но ина платежъ ипотечныхъ займовъ. Ранѣе былъ выходъ—сдача въ аренду на деньги или изъ части урожая, такъ какъ былъ болѣе или менѣе благонадежный арендаторъ-крестьянинъ, но теперь ^его замѣнилъ некредитоспособный нищій, не имѣюшій ни достаточнаго количества скота, ни инвентаря. Казалось бы, остается еще выходъ, хотя и еще болѣе печальный—ликвидація дѣлъ посредствомъ продажи имѣнія и скудное житье на доходъ отъ остатковъ капитала, нои это теперь опасно, такъ какъ нѣтъ увѣренности въ прочности хотя какого-либо дивиденда и ВЛАДИМ.—13
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4