— 591 — блазнѣ, на который сама посягала. Въ такомъ же духѣ и большая часть повѣстей, которыя разоказываются мудрецами, учителями Діоклитіава, и самою мачихой : первые хотятъ своими разсказами оправдать пасынка и обвипить мачиху, а поолѣдняя —оправдать себя и убѣдить мужа въ иеобходимости позорной казни его сына. Притча о Царѣ Китоврасѣвъ позднѣйшей редакціи XVII вѣка основана также на невѣрности женокой. По древііѣишеи редакціи Китоврасъ существо сверхъ-естественное, иремудрое, отгадывающее всякую таііну, и знающее все, что ни совершится { 1). -Въ позднѣйшей передѣлкѣ Китоврасъ является соблазнителемъ жены Соломона. Вся завязка повѣсти основана на томъ, что невѣрная жена, полюбивъ Китовраса, выдаетъ ему на казнь своего прежняго мужа, нришедшаго за ней въ царство Китоврасово. Въ другомъ спискѣ ХУІІ вѣка, принадлежащемъ г. Забѣлину, не только жена Соломонова нб и мать, изображаются самыми грубыми красками, которыя тѣмъ рѣзчѳ бросаются въ глаза, что сладостраотіе и необузданность не умѣрепы ни женскимъ стыдомъ, ни граціею, которой такъ чужда была наша старинная литература. Грубыя, безчеловѣчныя нонятія о женщинѣ, развитыя старинпьиш русскими грамотниками, отразились и въ народнои поэзіи. Разсматривая женскіе типы въ древнихъ русскихъ стихотвореніяхъ, приписываемыхъ Киршѣ Данилову, не можемъ не замѣтить двухъ періодовъ, наложившихъ свой отпечатокъ на характеръ женшицы. Типы, относящіеся къ неріоду древнѣйшему, отличаются характеромъ величавымъ, такъ-сказать, героическимъ. Это дѣвы или женщины-воительницы, древне-русскія Ааіазоаки. Онѣ храбры, спльны, ловки въ бою: таковы, напримѣръ, жена Дуная Ивановича,- искусно стрѣлявшая изъ лука; жена Ставра боярина, отчичавшаяся необыкновенною силоюФизическою и умомъ. Этотъ благородный, а вмѣстѣ съ тѣмъ и не лишенный грацін, характеръ женщины выработанъ былъ эническиміі, древне-народными иѣснями и сказаніями: онъ и доселѣ частію сохранился, то въ велнчавомъ, то граціозпомъ образѣ русскоп женщины въ народныхъ пѣсняхъ. Народъ, предоставленнып собственнымъ своимъ силамъ, всегда вѣренъ природѣ, а если этотъ народъ нринадлежнтъ къ благородному семейству индр-европейскихъ, и просвѣщепъ хрпстіанствомъ; то можетъ ли онъ, вопреки природѣ и законамъ Божіимъ п человѣческимъ, не признавать высокаго, нрекраснаго назначенія женщины? Потому-то, относительно человѣколюбиваго, гуманнаго взгляда па женщину, простая, безыскусственная русокая пѣсня стоитъ неизмѣримо выС1 ) Смотр. въ Извѣст. Акад. Наукъ статью г. Пышгаа о Соломонѣ,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4