— 549 — Отъ начала ввка человѣческаго.... А въ началѣ вша сего тлѣннаго Сотворилъ небо и землю, Сотворилъ Богъ Адама и Еву, и проч. Въ этомъ приступѣ мыоль о грѣхопаденіи и его слѣдствіяхъ состоитъ въ видимой связи оъ главньшъ содержаніемъ стихотворенія: Ино зло племя человѣческо^ Вначалѣ шло непокорливо, Къ отцову ученію зазорчиво. Къ своей матерн непокорливо, .И къ соввтному другу обманчиво. За то н разгнѣвался иа насъ Гооподь, попуотилъ на насъ великія напасти и скорби. ' За цристугіомъ, отдѣленнымъ отъ послѣдующаго оловами: «тако рожденіе человѣческое отъ отца и отъ материу начинается собственно самая повѣсть нравоученіемъ отца п ыатерп іѵшлому сыну. Между обычными нравственными изреченіями, постоянно помѣіцаемыми въ древне-русскихъ наставленіяхъ, особенное вниманіе обращается здѣсь на предостереженіе отъ пировъ и братчинъ, отъ пьянства, слѣдствіемъ котораго развратъ и нпщета. Но сынъ былъ тогда еще молодъ п глупъ, не совершенъ разумомъ: стыдно было ему покориться своему отцу, поклонпться своей матери; захотѣлось жить, какъ самому любо. Однако онъ нажплъ себѣ пятьдесятъ рублеп, нашелъ пятьдесятъ друзей. Но, не взявъ отъ отца съ матерью благословенія велгікаго, какимъ обыкновенно напутствуются на благіе подвигп всѣ героп нашего стариннаго эпоса, иотказавшись отъ рода-племени, нашъ молодецъ нашелъ плохую опору въдружбѣ. Его другъ, названнып братъ, прп первомъ удобномъ случаѣ напоилъ его замертво, далъ ему добрЫіі совѣтъ, чтобъ онъ «гдѣ нилъ, тутъпспать ложился», и соннаго его ограбплъ. Проснувшись и надѣвъ на себя отрепья пьянаго бродяги, удалои молодецъ вполнѣ понялъ свое печальное положеніе: Жптье мнъ Богъ далъ великое; N Ясти-кушати стало нечего! Какъ не стало деньги, ни полуденьги, Какъ не стало ни друга, ни полдруга, Родъ и илемя отчитаются, Всѣ друзи прочь отпираются!
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4