— 5И — миѳической основы ея, колебля вѣру въ миѳическое чудесное. Старшная поэзія развиваться на прежиихъ суевѣріяхъ, столь рѣшительно искореняемыхъ, уже не могла; самая же жизнь, еще нЬ вьіработавшись для новаго, болѣе согласнаго съ благочестивыми требоваиіями; оргаиа, смиренноудовлетворялась эпическою сказкой. Потому Русскіе люди XVII вѣка, или боязливо потакали своей поэтичеокой слабооти, слушая на пирахъ и въ хорово^ахъ старинныя пѣснн. или же примиряли свои эститическіе вкусы съ требованіями вѣка на стихахъ духовнаго содержанія. И такъ, какой же исходъ могла имѣть въ то время эпическая поэзія, пораженная въ корнѣ, остановленная въ своемъ прежнемъ теченіи? Миеъ развиваться не могъ. Сказки, переплетенныя небылицами, считались дѣломъ постыднымъ, непозволительнымъ. Но уже самая энергія нападеніи свидѣтельствовала еще о всеобщемъ господствѣ суевѣрія. Эпическія созданія, хотя и лишенныя миѳа, сами собою олагались въ жизни, какъ бы но привычкѣ фтакъ, а не иначе смотрѣть на міръ, такъ, а не иначе выражаться, какъ смотрѣла на жизнь и выражалась старинная поэзія. Миеъ смѣнился историческимъ событіемъ: но понятія о человѣкѣ оставались тѣ же; но складъ расказа быдъ взятъ цѣликомъ изъ старинныхъ сказаніи. Многія изъ пѣсенъ, приписываемыхъ Кпршѣ Данилову, носятъ на себѣ характеръ историческіи, хотя и не безъ примѣси вымысла. Впрочемъ нѣкоторыя, напр., объ Ермакѣ^ отличаются даже нѣкоторою сухостію лѣтоппснаго повѣствованія. Принявъ въ XVII вѣкѣ нсторическое направленіе, поэзія хотя имогла оставаться въ предѣлахъ эпическаго склада; но уже самое отклоненіе отъ миѳической основы даетъ намъ знать, что историческіи путь, принятыі Фантазіею, образовался прп болѣе положительномъ взглядѣ на дѣйствительность. Оставивъ богатыреи Владпміровыхъ, Фантазія стала создавать свои образы, въ слѣдствіе наблюденій падъ тѳкущтш событіями. Отсюда явствуетъ, что такая поэзія могла развиться только при условіяхъ прозы. И дѣйотвительно, въ то же время, Домостроп даетъ наставленіе, какъ жпть и вести хозяйство; Вождь по жизнипереводитъ на прозу эпическіе обряды тогдашпяго быта; собиратели пословицъ слагаютъ эти перлы народной мыслительпооти въ свои алФавитные сииски. Наступаетъ время разсужденія, наблюденія надъ тѣмъ, что окружаетъ человѣка, п чѣмъ онъ живетъ. Саашя преслѣдованія предразсудковъ и эпическаго чудеснаго заставляютъ образумиться и осмотрѣться. При такомъ состояиін умовъ оказалаоь возможность повѣсти, какъ вѣрнаго расказа о томъ, что и какъ въ жизни дѣлается. Въ этомъ олучаѣ имѣетъ значеніе въ литературномъ отношеніи слѣдующая комическая сцена между сѣнными дѣвушкамп и торговкою, вѣрно снятая съ патуры сочинителемъ, или
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4