— 267 — часто доводилось до крайности. Первое вело къ безполезнымъ спорамъ, основаннымъ на Формальностяхъ ; и къ сутяжличеству; поолѣднее не мало служило къ упадку поэзіи, которая изъ благороднаго творчества переходила къ педантскому, напыщенному риФмоплетству. Съ древнѣйшими миѳическими преданіями была связаиа и врачебиая иаука. Она даже поовящена была особениой богииѣ. Въ странѣ Іотуновъ или великановъ было поле безсмертія: кто попадалъ на него; пользовался вѣчною юностью и здоровьемъ. Другое поле находилось въ Исландіи, между неприступиыми скалами: на немъ расли травы, спасающія отъсмерти. Съ цѣлебною силою нѣкоторыхъ.растеній познакомились по указаніямъ звѣрен. Ничто столько не характеризуетъ кроваваго быта воинствеііныхъ Норманн'овъ; какъ лѣченіе самыхъ ужасныхъ ранъ. Громупду, во время битвы, распороли животъ. Онъ поспѣшео впихнулъ назадъ высунувшіяся внутренности; помощію ножа завязками зашилъ животъ, затянулъ на немъ свое одѣянье и опять пустился въ битву. Послѣ сраженія, его любезная Свангвитъ (бѣлая лебедь) оомотрѣла рану; вновь ее зашила, и онъ исцѣлился. Замѣтимъ мимоходомъ, что скандинавскія женщины упражнялись въ врачебной наукѣ. Онѣ сопровождали воиновъ на битву и неревязывали имъ раны. Ингигерда, дочь русскаго князя Ингвара; то-еоть, Игоря, даже устроила небольшую больницу, поручивъ уходъ забольными женщинамъ. Но такъ какъ для операцш нужна значительная сила, то этимъ славились мущины. Знамеаитып герой и литераторъ, Сноррп Стурлусонъ, былъ вмѣстѣ и опытнымъ хирургомъ. Онъ же умѣлъ узнавать глубину раікь, но особенному способу, счнтавшемуся у Скандинавовъ безошибочнымъ. Пробовали кровь, и по вкусу ея: заключали, откуда она вытекла, изъ глубокихъ и блатородиѣйшихъ частеи тѣла, плп изъменѣе значительныхъ. Однажды Сноррп находитъ своихъ друзеіі, дѣтеп Торбранда, лежащнхъ въ крови и ранахъ. Они просятъ его отмстить врагу ихъ, Стейнтору. Спорри отправляется по его слѣдамъ и вдругъ видитъ кровавую лужу; беретъ въ ротъ крови вмѣстѣ съ снѣгомъ и, попробовавъ, говоритъ: «Это нутреная кровь, и изъ человѣка уже мертваго; значитъ, нечего его п преолѣдовать». Употреблялось еще средство узнавать глубокую рану. Варпли какія-то зелья и давали пить раненымъ, потомъ нюхали ихъ раны: глубокая рана издавала занахъ принятаго зелья. Въ заключеніе укажемъ на нѣкоторые погребальные обряды Скандинавовъ, сходные съ древне-русскимп. По сѣвернымъ обычаямъ, почиталось неприличнымъ выносить поконннка въ дверп, которыми входятъ и выходятъ живые люди. Выноспли покойника задомъ въ дыру, пробитую въ стѣнѣ позади его головы, или спускали его внпзъ, проламывая полъ. Этотъ обычай занесенъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4