ставилъ столь долгожданную депутацію. Наполеонъ сразу же убѣдился, что предъ нимъ—жалкій сбродъ, пожалъ плечами и приказавъ: «Уберите эту рвань!»—презрительно сказапъ: «А, эти русскіе еще не знаютъ, какія послѣдствія повлечетъ за собой взятіе ихъ столицы!»1) Проведя ночь въ одномъ изъ трактировъ въ Дорогомидовѣ, онъ въѣхдлъ въ городъ лишь утромъ з сентября. Арбатъ, которымъ слѣдовалъ Наполеонъ, былъ совершенно пустъ. Единственнымъ, привѣтствовавшимъ его лицомъ, оказался нѣмецъ, владѣлецъ Арбатской аптеки2). Наполеонъ направипся въ Кремль. Въ сѣромъ сюртукѣ и низкой треуголкѣ, верхомъ навеликолѣпномъ арабскомъ конѣ, —онъ рѣзко отличался отъ своеи блестящей свиты и тянувшагося за нимъ торжественнаго шествія. Гусары по-эскадронно—зеленые, коричневые и синіе, легкіе уланы на статныхъ лошадяхъ, тяжелая кавалерія съ тигровыми шкурами и шишаками, гвардейская артиллерія въ куньихъ шапкахъ, драгуны въ мѣдныхъ каскахъ и свѣтлыхъ плащахъ съ карабинами на ремняхъ за плечами, стройная и закаленная солнцемъ Африки старая гвардія въ мундирахъ съ разноцвѣтными отворотами и огромныхъ медвѣжьихъ шапкахъ, пруссаки въ голубыхъ курткахъ, австрійскіе кирасиры—бѣлые съ оливковымъ плюмажемъ на шляпахъ, голландскіе копейщики въ красномъ, неаполитанскіе смуглые стрѣлки, поляки въ націонапьномъ нарядѣ съ откидными рукавами, приземистые вестфальцы и рослые баварцы, которыхъ простонародье называло «безпальцами» и «поварцами»,—все это казалось движущейся мозаикой. Кремль превратился въ крѣпость. Боровицкія, Никольскія и Тайницкія ворота были окопаны рвомъ и окружены валомъ, на которомъ ноставили орудія. Сюда входили съ особаго дозволенія начальства. «Qui ѵіѵе?»— спрашивали караульные всѣхъ входившихъ безъ особаго пропуска и, послѣ двукратнаго опроса не получая надлежащаго отвѣта, стрѣляли. Резиденціей Наполеона сталъ Кремлевскіё дворецъ. Штабъ его находился въ Сенатѣ и Оружеиноё палатѣ. Мюратъ, вступая въ Москву, обратилъ свое вниманіе на домъ Баташева, что на Швивой горкѣ, назначилъ себѣ въ немъ квартиру, приставилъ караулъ и вечеромъ въ сопровожденіи 3° генераловъ съ многочисленными офицерами прибылъ на ночлегъ. Войдя въ домъ, онъ истребовалъ къ себѣ управляющаго и приказалъ ему показать комнаты. Покои были великолѣпны. Обстановка —роскошна. Мюратъ спросшгь управляющаго, кто его господинъ, и гдѣ онъ. Управляющій отвѣтилъ, что это— крупный заводчикъ, который на лѣто всегда уѣзжаетъ изъ города. «Напишитесвоему господину»,—сказапъ король, —«чтобыонъспокойновозвращался въ Москву: здѣсь онъ будетъ подъ моимъ особымъ покровительствомъ». Чтобы задобрить непріятепей, дворня старалась исполнять всѣ всѣ ихъ прихотии требованія. Прислуга освѣтила все зданіе и приготовила ужйнъ. Мюрату онъ былъ сервированъ отдѣльно въ богатѣйшей красной !) Гр. де-Сепоръ. Memoires. 4) Корбелецкій. Краткое повѣствованіе о вторженіи французовъ въ Москву. СПБ. 1813. 70
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4