нія, остановила бы мое движеніе, и, чтобыугодить вамъ, я пожертвовалъ 6ы выгодою вступить въ Москву. Если Ваше Величество, хотя отчасти сохраняете прежнія ко мнѣ чувства, то вы благосклонно прочтете это письмо. Во всякомъ случаѣ вы будете мнѣ благодарны за то, что я отдаю отчетъ Вашему Величеству о происходящемъ въ Москвѣ». Отвѣта не послѣдовало, точно такъ же, какъ и поспѣ поѣздки парпаментера, генерала Лористона къ Кутузову въ Тарутино. «Само собоюразумѣется», —писапъ по приказанію Наполеона маршалъ Бертье Мю~ рату, —«что Императоръ предоставпяетъ избрать удобное время для этого дѣла, чтобы оно не показалось вынужденнымъ обстоятельствами». Какъ будто троекратная попытка къ примиренію уже сама по себѣ не подчеркивала всей безвыходности положенія Наполеона въ Москвѣ. Засасываемый трясиной, онъ сталъ принимать такія мѣры, которыя лишь усугубляли безпорядокъ среди солдатъ и въ самомъ городѣ. Такъ, по его приказу былъ выпущенъ въ обращеніе і.ооо.ооо фальшивыхъ ассигнацій 25, 5° и юо-рублеваго достоинства. Эти ассигнаціи распространились изъ Москвы по всей Россіи и вызвали секретное предписаніе министерства полиціи «Господину Московскому Гражданскому Губернатору» о томъ, какъ ихъ обнаруживать: «Получая изъ разныхъ мѣстъ задерживаемыя по сомнѣнію въ дѣйствительности разнаго достоинства ассигнаціи довольно въ значущемъ количествѣ, я счелъ обязанностью въ предосторожность, чтобы оныя ассигнаціи по невѣдѣнію какъ различать ихъ отъ настоящихъ, не могли расходиться по рукамъ, увѣдомить Ваше Превосходительство, что такія ассигнаціи бываютъ ощутительно шелковаты, подписи почти на всѣхъ гравированныя, а на нѣкоторыхъ двадцати пяти рублевыхъ въ прописи напечатанной есть опіибка и именно вмѣсто • -ходячею напечатано холячею, равно какъ и на пяти рублевыхъ во внутреннемъ достоинствѣ пять рублей по оінибкѣ въ отливкѣ значится пять рубли; почему вы и не оставите дать знать о семъ по секрету мѣстнымъ полиціямъ, предписавъ имъ въ то же время съ сими ассигнаціями, равно какъ и съ тѣми, у коихъ онѣ откроются, поступать по надпежащимъ изслѣдованіямъ законнымъ порядкомъ, донося мнѣ обо всемъ немедленно и въ должной подробности»1 ). Солдаты не брали этихъ ассигнаціи, и жапованье имъ уппачивапось найденной въ городѣ мѣдью, которую они немедленно обмѣнивали на серебро. Въ устроенныхъ ими мѣняльныхъ лавкахъ за 7) 5 и Даже за і рубль серебромъ можно было купить мѣпгокъ мѣди на 25 рублей. Но унести его съ собой было тяжело и опасно: у покупателейихъ отнимали съ цѣлью наживы дрзтія лица и зачастую—сами продавцы, чтобы сбыть снова. «Трудно себѣпредставить»,—вспоминаетъ современникъ,—«какое зрѣлище представляла Никольская, наполненная такими продавцами и покупателями. Я пошелъ посмотрѣть на эту толпу и долженъ былъ осторожно пробираться у стѣны, чтобы не сдѣлаться болѣе нежели простымъ зрителемъ. Солдаты саблями сыпали удары направо и напѣво, - чтобы разрѣ1) Собраніе бумагъ Отечественной войны. Изданіе П. И. Щукива 92
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4