b000001141

— 487 — случаи носили больше характеръ необдуманныхъ легкомы- сленныхъ дѣтскихъ проступковъ, чѣмъ сознательнаго прояв- ленія преступной воли: виновныя соблазнялись не цѣн- ностью вещи, а ея привлекательностію для дѣтскаго вкуса; вотъ почему въ числѣ тайно присвоенныхъ вещей оказыва- лись большею частію недорогія, но забавныя бездѣлушки или даже лакомства. Однако, чтобы предупредить въ воспи- тываемыхъ развитіе дурной наклонности, къ виновнымъ при- мѣнялись наказанія весьма строгія, не исключая дан(е и уда- -ленія изъ школы. Были случаи похищеній и цѣнныхъ или практически выгодныхъ вещей, но въ этихъ случаяхъ по- дозрѣніе падало уяіе не на воспитанницъ, а на прислугу, которую удавалось иногда и уличить въ преступленіи. Въ этомъ отнощеніи въ жизни училища особенно несчастливы были 1875 — 76 гг., на которые выпалъ цѣлый рядъ такихъ лохищеній у воспитательницъ и воспитанницъ. 20 Августа 1876 года начальница училища А. И. Любовская между про- чимъ докладывала совѣту: „Въ продолженіе истекшаго и те- кущаго годовъ въ училищѣ были въ разныя времена зна- чительныя пропажи у моихъ помощннцъ и воспитанницъ. Такъ, у помощницы г. Тюриковой въ Іюлѣ сего года про- пало изъ стола въ ея комнатѣ 13 р. денегъ и кромѣ того 22 арш. голландскаго полотна, а въ прошломъ году — съ по- стели подушка; 19 Августа сего года изъ запертаго .шкафа у нея же унесено кашемировое синее платье, драповая кофта, ситцевый фартукъ и кольцо. У г. Радугиной изъ ея комнаты похищено 4 арш. ситца отъ трехъ разныхъ кусковъ. У во- спитанницъ Озерецкихъ оказались похищенными калоши, ■ботинки, саквояжъ и воротникъ отъ шубы, который былъ нришитъ къ ней; у Бѣляевой — теплая кофта; у Вишняковой и Воиновой — хорошія драповыя пальто; у Надеждиной — шер- стяное платье; у Цвѣтаевой и Остроз'мовой — два кащемиро- выхъ цлатка; у .Сахаровой- теплыя калоши; у Соколовой — теплые сапоги". Но виновною въ этомъ рядѣ похищеній^ по разслѣдо- .ваніи, оказалась прислуга, которая была удалена, и подоб - ныхъ фактовъ, доколѣ былъ строгій выборъ и надзоръ за прислугой, болѣе потомъ уже не повторялось.