b000001066

0. и. СЕНКОВСКІЙ. 9 нибудь оригіінальнаго и самобытиаго, высказываемаго съ ббльшіімъ или меньшимъ умомъ и талантомъ, теперь п у насъ журналъ уже не можетъ пмѣть успѣха. Критика, въ отношеніи къ успѣху и влія- иію журнала, начпнаетъ становиться едва- ли не важнѣе самихъ по- вѣстей. Правда, иодъ критикою у насъ еще не всѣ разумѣіотъ раз- оютрѣніе нроизведеніГі искуства на основаніп науки изящнаго; нанротивъ, большая часть публики добродушно иочжтаетъ критикою всякую бддтовню о литературныхъ предметахъ, всякую рецензію на пустую книжонку, — • и потому у насъ стоитъ только назвать себя крптикомъ, чтобы прослыть критикомъ... но все-же душа журна- листики — литературная критика». Если читатель согласепъ съ пзложеннымъ выше взглядомъ на журналистику и на ея роль у насъ, на Руси, то какъ нельзя болѣе понятными станутъ для него н нпжеслѣдующія слова Бѣлпнскаго, сказанныя ишъ въ 1841 году: . «И такъ, этотъ успѣхъ журнали- стики, душа которой- — критика, служить самымъ яснымъ и неопро- нержимымъ доказательствомъ, что литература наконедъ укоренилась па ночвѣ русской національности, вошла въ жизнь общества, сдѣ- •кілась его обычаемъ и живою потребностью и уже перестала быть ннѣшнимъ нововведеніемъ, модою плп книжнымъ педантизмомъ». Этотъ успѣхъ журналистики созданъ прежде всего ею самою, п )іы скоро увидимъ, какъ не дешево онъ ей достался. * Вспоминать о журналистахъ тридцатыхъ и сороковыхъ годовъ — ;іііачитъ вызывать передъ собой скорбныя тѣнп. Глубокая пропасть времени, лежащая между нами и ими, позволяетъ отнестись къ нпмъ безъ ненависти п раздраженія, и какъ только мы устраннмъ этіі чувства, нами не можетъ не овладѣть самое искреннее состраданіе. Многіе пзъ нихъ были смѣлые и хорошіе, даже честные люди, шногіе не остались таковыми, пройдя тяжелую и многотрудную карьеру журналиста. Передъ памп тѣнь Надеждина, разбитаго параличемъ послѣ неожиданной для него поѣздкп въ Вятку; тѣнь Полевого, ио- терявшаго все — талантъ, силу, здоровье, славу въ борьбѣ съ неза- висящими обстоятельствами. Скорбныя тѣни многострадальныхъ людей, которымъ если не все, то многое простится, даже за малое со- дѣянное пли, ибо и па это ма-тое приходилось убивать недюжинныя силы... Начпемъ съ Полевого. Вѣлпнскій, Панаевъ п вообш,е кру жокъ « Со- временника» произнесли ему когда-то суровый ириговоръ. Вотъ напр., "1