театра, а лишь вообще —> театрав Московской Рос- ѵ сии, а почему—увидим ниже. Но главное—важно то, что создались те подмостки, на которых блеснул для старойРуси новый свет—свет нового эстетического восприятия: он ввел её в общение с неведомым дотоле миром ощущений й способов понять часть громадной европейской области художественного творчества. . III Наблюдая пути художественного творчества, мы замечаемих д в а : первый путь—медленного создания и накопления художественных ценностейвследствие естественной эволюции всей культуры и искусства, и другой путь, усеянный перерывами основной традиции вследствие вторжения в её сферу чуждой литературной, театральной, музыкальной и т. п., традиции, иногда близкой, иногда—далекой. Это вторжение, совершенно порою непредвиденное, вызывает катастрофические изменения в течении эволюции, и создает такие продукты творчества, которые могут быть объясненылишь^ как результат подражания, или более или менее близкого перевода, копии или комбинацииэлементов чужого искусства, чужой литературы и театра со своим, хорошо знакомым, в духе его, но с сохранением в этой комбинации элементов своих и чужих, более или менее заметным. Сказанное применимо и к истории русской поэзии XVIII века, и к истории живописи, и к истории русской драматической литературы XVII —XVIII вв., и к истории 15
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4