ное дрожал при мысли —„а что если он не угодит его царскому величеству". Ему и в голову, конечно, не приходило, что это первое представление иноземной пьесы, иноземными актерами (хотя, впрочем, текст был переведен на русский язык для царственного Зрителя) —сыграет решающую роль и получит важное значение для судеб искусства в России. Насколько это справедливо, насколько первое представление иноземцев проложило путь театру вообще в сознании москвичей, —может засвидетельствовать совершенно объективный факт: влиятельный в придворных кругах воспитатель царевича Феодора, иером. Симеон Полоцкий ставит свои пьесы—о Навуходоносоре, о блудном сыне —после опыта иностранных комедиантов; они проложили ему путь; они дали ему уверенность, что и в Москве можно увидеть на сцене драматическую обработку библейских сюжетов. Ад о немцев —Симеон молчал, не решаясь выступить в роли драматурга, хотя и по воспитанию в Киевской Академии и по литературному опыту был знатоком и теории и, конечно, практики тёатра. Благодаря стечению обстоятельств, выдвинувших иностранных любителей, благодаря их смелости и усердию был сломан лед равнодушия и преодолены страхи пред запрещениями Номоканона; благодаря немногочисленной группе молодых людей из Немецкой слободы —мы в 1672 г. приобщились к новому роду искусства, имевшему в России впоследствии и мировых авторов, и мировых исполнителей. Теперь—мы можем не без гордости огляйуться на путь, пройденный за 250 лет русским театром. При 10
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4