Кто же мог принести в далёкую Тверь воспоминание о блестящем празднике, устроенном в честь Елизаветы Петровны киевлянами? Как раз к началу 1745 учебного года*из Киевской Академии вызывается в Тверь для занятия кафедры пиитики питомец этой школы Иван Лятошевич і). Он преподавал в Тверской семинарии до 1748 г.; за эти годы, вероятно, им же составлено два учебника пиитики, в которых примеры своим языком, как и в нашей пьесе, выдают автораюжанина. Са'мо собой является предположение, не им ли был написан и тверской диалог. Уехавши из Киева под свежим еще впечатлением от пьесы Козачинского, Лятошевич мог вспомнить ее, когда по обязанности преподавателя пиитики он должен был дать материал для -торжественной школьной декламации. Наконец последний факт, поддерживающий нашу догадку о том, что диалог был составлен Лятошевичем, т. е. между 1746 и 1748 годами —это найденная недавно в Загребе тверская пьеса тоже типа панеги—" рической декламации в честь Елизаветы Петровны, определенно датированная 1745 годом. Думается, ЧТО- обе пьесы принадлежат одному драматургу — Ивану Лятошевйчу. Каково историко —литературное значение тверского диалога? Отмеченные внешние достоинства пьесы —стройность композиции, обилие украшений, выдержанные стихотворные размеры —не могут скрыть недостатка у автора поэтического таланта или, по ») К о л о с о в, с. 399. 107
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4