b000001040

90 П. А. Алчевский ного увлечения, большой непосредственности. Пластически же Алчевский был совершенно беспомощен. Сцена явно его стесняла. Естественно, что при полной актерской неопытности дело сразу на лад не пошло, и в первом сезоне к Фаусту, несколько раз повторенному, присоединился только Индийский гость в «Садко», роль для неумеющих ходить по сцене очень удобная, ибо она сидячая. Но уже в следующем сезоне репертуар Алчевского обогатился сг^мью ролями, среди них Рауль и Лоэнприн. В сезоне 1903—1904 г. прибавилось еще шесть новых и между ними столь разнохарактерные, как Садко, Ромео, Джеральд в «Лакме» и Собшпгн. Если пластическая сторона везде оставляла желать лучшего, зато вокальная одерживала победу, чему не мало способствовал верхний регистр голоса Алчевского, который отличался у него при^^одною свободою и гибкостью. По своему характеру это был типичный Іепоге шегго-сагаМеге, самый благодаірный голос, ибо репертуарные его возможности почти неограниченны. В звуке этого голоса было очень много металла, тембр тфекрасвый, мягкий, вообще звучание сплошь было бы очень красивое, если бы его не портила определенно горловая манера подачѵі звука, особенно резко чувствовавшаяся на верхних нотах при Гогііе. Передача чисто вокальная при отличной музьпсальности отличалась всегда большой взволнованностью. Алчевский представляет собою замечательный пример непрерыЕного роста артистической индивидуальности, упорнейшей работы над собою, постоянного настойчивого стремления к гармоническому совершенству. Он рос не только как певец, но и как актер, пока не достиг в своем искусстве огромных художественных результатов. Служил Алчевский попеременно то в Петербурге, то в Москве, периодически прерывая службу весьма длительными отлучками за границу, во время которых он не только выступал во многих крупнейших центрах, но и совершенствовал свое вокальное мастерство. Окончательную шлифовку он получил у знеменитой Фслии Литвин. И когда после почти трехго.дичного пребывания за границей, главным образом в Париже, Алчевский вернулся осенью 1915 г. в Петербург и выступил в Мариинском театре, все знавшие его как артиста буквально ахнули от изумления. Алчевский не то чтобы вырос, а просто как бы переродился даже. Звук голоса, совершенно утратив свой былой гор-

RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4