М. Давыдов 87 Большим художественным достижением Давыдова был также его Хоэе в «Кармен», роль, которую ему пришлось исполнять после того, как весь Петербург воспринял здесь большое' впечатление от Фигнера. Давыдов, нисколько Фигнеру не подражая, сумел создать здесь свой образ несчастного влюбленного, выразительно оттеняя все перипетии страсти, приводящие к трагаческску концу, и самый конец показывая в приемах настоящего драматического мастерства. Нечего и говорить, что сама партия звучала у Давыдова прекрасно и романс 2-го акта он передавал как первоклассный вокалист. Вспомивается еще одна блестящая роль у Давыдова; Самозванец в «Борисе Годунове», коего он, при возобновлении этой оперы в 1904 г. после 23-летнего перерыва, явился первым и почти бессменным исполнителем. Здесь опять-таки присущее Давыдову мастерство музыкальной речи выказало себя с самой лучшей стороны, в особенности в сценах в келье и в корчме, где выразительность отдельных слов и целых фраз достигала высокого совершенства. И чрезвычайно удачен был грим в этой роли. Я с особенным удовольствием вспоминаю именно такие роли Давыдова, которые позволяли ему полностью выказывать его достоинства И как певца и как актера. Там, где, как в «Фаусте», вокальная сторона первенствует над драматической. Давыдов выступал как певец во всеоружии техники и пел партию безукоризненно, выявляя все ее тонкие музыкальные оттенки. Выдвигаю же я Давыдова особо как певца и актера потому, что в этих моих отрывочных воспоминаниях я все время ищу тот тип оперного исполтітеля, который мне лично был особенно дорог, ибо через него в большей или меньшей степени обрисовывался идеал музыкальной драмы, осуществление которой возможно лишь при наличии культурных артистов, имеющих дар к одновременному воплощению сценического образа не только через тоя, но и через жест, к полному слиянию вокального с драматическим. Давыдов высокохудожественным исполнением Германа, Самозванца, Тангейзера, Зигмунда, Логе, Миме, —ролей, немыслимых без отчетливого постижения зерна образа, без полного слияния музыкального с драматическим, доказал, что он безусловно принадлежал к числу таких артистов, которыми только и может держаться подлинный музыкальный театр.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4