82 А. М. Давыдов артистов в Мариинском театре в 90-х годах прошлого века звучало чистым анахронизмом. Они были последними могиканами концертного стиля оперного исполнительства. Они, правда, получали свою долю успеха, порой весьма значительную. Но этот успех создавала им та часть публики, которая не отличалась тонко развитым вкусом. Другая же ее часть, и весьма немалая, отдавала себе отчет в том, что если смотреть на оперу, как на прибежище красивого пения и притом основанного на большом мастерстве, то незачем ходтъ в Мариинский театр, когда есть итальянская опера. Если же требовать от оперного представления более сложной художественной выразительности, если хотеть от него более глубоких захватывающих эмоций, если стремиться увидеть каждый оперный персонаж воплощенным в пласпгическиіі образ, четкий и рельефный, блистающий всеми красками подлинной жизненности, прошедший через горнило музыкальной переплавки, то для достижения такого идеала необходимо желать артистов совершенно иного стиля, и, стало быть, Васильеву 3-му, Михайлову и прочим, с ними схожим, здесь нет места. В конце концов оно так и вышло. Васильев и Михайлов, как нредставитеші отживающей манеры сценического исполнения, с одной стороны, а с другой —возросшие требования публики подготовили почву для пришествия в театр Фигнера, как представителя уже другой сценической манеры. Фигнеру, в силу того огромного значения, которое он имел в театре, я посвящаю отдельную главу, так же как и Ершову, этому непревзойденному художнику, сытравшему в жизни Мариинского театра совершенно исключительную роль. АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВИЧ ДАВЫДОВ А. М. Давыдов принадлежал к числу тех артистов, которыми Мариинский театр мог гордиться по справедливости. В немчисто певческая и сцешіческая культуры соединялись в достаточной пропорции. В Мариинский театр Давыдов пришел в 1900 г., когда звезда Фигнера начала уже клониться к закату, но зато полным блеском засияла звезда Ершова. В труппе был еще третий тенор: Морской, поступивший в театр в одно время с Ершовым в 1895 г. У Морского был большой голос, типичный тенор шеггосагаМеге, позволявший ему петь партиисамого различного характера—от Радамеса до Ленского. Но он лишен был того огня.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4