448 Л. Г. Яковлев эыкой, всякую идею, вложенную в ту или иную часть его партии, передавать в высшей степени ярких, увлекательных красках, с огнем, с одушевлением, поднимавшим настроение зрителей до крайнего предела восторга. Можно было так или иначе критиковать его исполнение, но равнодушным при этом оставаться было невозможно. И в этом секрет того огромного обаяния, которому Яковл-ев подчинял публику. Можно еще сказать, что вообще все исполнение этого артиста отличалось крайней непосредственностью, оно целиком шло от его натуры; оно хотя и было проникнуто музыкальностью, умом, интеллигентностью, безусловным вкусом, но не подчинялось требованиям настоящей большой школы, ибо таковой Яковлев, как выше сказано, попросту нигд-е не проходил. С великолепным впечатлением, вызывавшимся горячим темпераментным исполнением Яковлева, шедшим от природы, соединялось другое яркое впечатление; Яковлев был очень красив. Высокого роста, с пропорционально развитыми частями тела, среди которых особенно выделялись великолепные совершенно точеные ноги, с выпуклой грудью, широкоплечий, с эффектно посаженной головой, украшенной вьющимися, черными как смоль волосами, с правильными, красиво очерченными линиями лица, темнокарими несколько вьшуклыми и живыми глазами, с коротко подстриженной остроугольной бородкой' и небольшими усами, периодич-ески то появлявшимися, то исчезавшими, смотря по очень уж настоятельной надобности дать грим, соответствующий изображаемому типу, —таков был внешний, в общем очень эффектный, облик Яковлева, содействовавший тому, что все изображавшиеся им персонажи являлись глазам зрителя облеченными в красивую форму. Яковлев умел носить костюм, и какого бы покроя этот костюм ни был, он чувствовал себя в нем одинаково ловко, как мы чувствуем себя в нашем обыденном рабочем платье. У Яковлева было ТО, что называется чувством костюма и составляет драгоценное свойство артиста. Когда артист хорошо чувствует костюм, все его движения приобретают прочную уверенность, вся его пластика становится в связь с той пластикой, которую мы с большей или меньшей степенью вероятности можем вообразить в том или ином историческом, либо бытовом персонаже, воплощаемом на сцене творческой фантазией артиста.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4