А. Я. Чернов 403 Но куда же годится Фальстаф —этот воплощенный смех, если отнять от него комическое начало? Явно никуда. И я думаю, что неуспех «Фальстафа», этой солнечной вердиевской комедии, на мариинской сцене только и может быть объяснен тем, что, поручив роль комика такому некомическому актеру, как Чернов, вынули из пьесы ее основной стержень. Понадеялись на пение, ибо в отношении пения на Чернова конечно можно было вполне положи'гься, и забыли, что Фальстафа мало спеть, надо еще его и сыграть, да так сыграть, чтобы публика нахохоталась до колик в животе, как это бывало, когдаі Стравинский изображал Фальстафа в «Виндзорских кумушках» Николаи. С Верди этого не получилось, п «Фальстаф» на следующий же сезон был снят с репертуара о тем, чтобы никогда уже больше не появиться. Это был крупнейший промах режиссуры: имея в труппе такого замечательного Фальстафа, как Стравинский, она предпочла занять в этой роли совершенно неподходившего к ней Чернова, Стравинскому же поручить второстепенную роль Пистоля, которого с успехом мог бы исполнять любой второй бас. В дальнейшем, видя, что Чернов явно изнемогает под бременем непосильной для него задачи, сна все же не догадалась передать роль Стравинскому. А после стало уже поздно, во-первых, и для самого Стравинского, во-вторых, и для театра, ибо в нем не оказалось артиста, которому роль Фальстафа была бы вполне по плечу. Сценическая карьера Чернова оборвалась при полном расцвете его артистических сил и совершенно так же трапгчески, как карьера Алчевского. Было это в 1900 г. Шла опера «Кармен». Чернов пел одну из своих удачных партий—Эскамильо. И вдруг случилось нечто страшное: внезапный мрак окутая сознание артиста, его пришлось свезти в психиатрическую больницу на Удельной. Здесь в процессе постепенного физического и духовного угасания прошли пять долгих лет. 14 марта 1904 г. наступила смерть. В общем, вспоминая все мною виденное в исполнении Чернова, я прихожу к заключению, что он был из того материала, из которого формируются подлинные артисты. Отличный певец—Чернов в то же время одарен был чувством сцены и для своего времени являлся передовым артистом. Ему нехватало смелости, чтобы ломать штампы, как, например, в Мефистофеле, но он во всяком
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4