и. А. Алѵевский 97 верхним регистром, ибо партия Дон-Жуана почти сплошь на центре, но зато артист имел полную возможность выдвинуть другие достоинства своего исполнения: изысканную муэьгеальность, чудеснейшую фразировку, тончайшую способность к передаче самых скрытых, самых интимных красот каждой фразы, придавая ей исчерпывающую выразительность. Темперамент артиста делал все исполнение весьма красочным и увлекательным. Особенно замечательно звучала у него вся сцена с Донной Анной у памятника и именно начиная с этих стихов: О пусть умру сейчас у ваших ног, Пусть бедный прах мой эдесь же похоронят. . . Это была воплощенная страсть, всепокоряющая энергия мужского естества, не признающего преград и не знающего поражений. Здесь в Дон-Жуане Алчевский показывал с самой лу^ипей стороны свой талант музыкального декламатора, свою способность глубоко вникать в стиль исполняемого. Эта способность блестяще выказывала себя не только в плане оперном, но также и в совсем другой области, переходить в которую с успехом удается далеко не всем даже очень знаменитым оперным артистам; в камерном концерте. В этом отношении очень запомнился один вечер, устроенный Алчевским в Малом зале Консерватории, на котором он выступил с программой, посвященной целиком произведениям Гнесина, одного из тогдашних ярких музыкальных новаторов. Все было спето Алчевским с замечательно юЕким постижением своеобразного стиля этого автора, но особенно запомнились две песни к блоковской драме «Роза и крест»: пажа Алискана и Гаэтана. Из них последняя замечательна по тому, как музыкальная выразительность пронизала собою стихи Блока, которые сами в себе уже настолько музыкальны, что требуют напевной декламации. В устах Алчевского эти стихи, напоенные особым светом музыки Гнесина, звучали превосходно. Алчевский представлял собою тип высоко-культурного, с головы до ног интеллигентного артиста. В частной жизни держался просто, но была в его психологическом облике какая-то глубокая трещина, выражавшаяся в повышенной нервозности. Кто наблюдал Алчевского в последние годы его жизни, замечали в нем эту ненормальную нервозность, но были далеки от мысли, что она может привести к трагическому концу и притом так быстро. 7 Э. Старк —327
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4