— 165 - ресы, отъ ноторой не можетъ оторваться мыслью даже тогда, когда рѣшаетъ оторваться лростоі ради отдыха. «Еакъ видите,—пиоалъ онъ мнѣ оіднажды, сидя вгь вагонѣ, уво'оившекъ его изъ Москвы,— какъ видите, отъ «Русскихъ Вѣдомостеі^> не уѣдешь, —и въ вагонѣ, я все думаю больше о нихъ, чѣмъ ц другомъ. Боюсь, что и шумъ океана не пѳрѳмѣвитъ теченія мыслей». И, дѣйствительно, ртого измѣшиъ не могла никакая иеремѣна мѣста. У океана, и въ Вѣчвомъ городѣ', и иа' ісавказскихъ горахъ, и въ глуши русской деревни, при всякихъ обстоятельствахъ, всѣ его помыслы оібраш,ались къ «нашему дорогому дѣтипі,у». Груда его писѳмъ, лежаш,ая предо мной, хралитъ ръ себ-Ь безчиоленные сл-Ьды его поотоянвыхт. трогательныхъ заботъ оі газетѣ. Уйти куда-нибудь отъ «Русскихъ Вѣдомостей» Со'- болевскій не могь. Онъ быль эсѳгда съ ними, куда бы его ни занесла судьба. Но эта преданность интересамъ газеты;, сосредоточениость на одномъ излюбленномъ дѣлѣ, не пр8враш;ала его въ узкаго профѳссіевала, а, напротивъ, соединялась въ немъ съ рѣдкой широтой кругозора и съ исключительной разносторош остью. Естественно, что редакторъ политической газеты въ области политики чувствовалъ себя дома и часто обраш,ался мыслью къ ней. Естественно и то, что эти мысли были по большей части печальны, особенно въ поіслѣдніе года. «17 октября! —писадъ онъ миѣ еп],е срашительно. нѳдавноі, —вотъ въ какоій знаменательный день пишу я вамъ, дорогой мой В. А., —день радости, судя по расп,вѣ™вшимъ наши Гагры флага-мъ, военному шараду и т. п., —день многихъ и ігтогихъ печалей, вздоіховъ по несбывшемуся, —окажемъ другъ другу на - ушко». «Зазнались, — пишетъ онъ въ другой разъ по поводу одного одишкомъ ужъ развіязнаго адмйшістратив.- наго воздѣйствія на печать, —зазнались и мечтають о полномъ вовстановленіи стараго. Удастся ли?» И оиъ обращается къ изолѣдованію причинъ, благопріятстБуюш,ихъ ■ реакціа:. «Такого в'Ьками накопленнаго свинства, въ какомъ мы съ вами ікивемъ, не очистить собственньши силами никакому Геркулесу... «Новое», — оноі, конечно, гдѣ-нибудь есоъ : ни одянъ новый день не тождѳственъ со старымъ, но считать-то эти дни прядется Ва;мъ, — охъ! —кажъ долго и медагвнио'. Чжгаль я здѣсь съ величайшимъ удоволъствіемъ доучительную кнкжку Дайси : «Залсокъ и обпі,ественноіе мнѣніе въ Англіи» —и вотъ изъ нея съ наглядностью выходить, что только новая закваска можетъ упрочивать и создавать «новый» строй, а не наобсротъ, какъ нѣкоторые сіклонны утешать себя,—будто бы новый строй можетъ сразу перемѣнить къ лучшему старую закваску. МногО', мно^го' еще грѣховъ на насъ самихъ, и не нашему поколѣнію очиститься отъ нихъ». Литература и искусство, которьш онъ хорошо звалгь Ж любилъ, служили діія него угЬшеніемъ въ политичеокихъ невзгодахъ. И. кажется наибодѣе жвэнерадостныя цисьм;аі получались отъ Вас. Мих. имению тогда, когда оиъ попадалъ въ Римъ, «Хожу,—писалъ онъ,—пѣшкомъ по цѣлымъ днямъ, всегда выходя черезъ паркъ ѴіПа Вог^Ьеге, дышащій уже настоящей весяой и соединенный теперь дамбой съ Мопіе - Ріпсіо. Вообще здѣсь нашелъ много новаго даже послѣ дврслѣтняго юратка,- го отеутствія. И въ Мизео Каііопаіе .^ибавились интѳресныя новинки, начиная съ прилагаемой. Эта дѣвочка изъ Апгіо (тамъ она недавиоі найдена) является прѳдметомъ опора. Мноігіе утверждаютъ, что это мальчикъ»... «Только-что быль въ 3.-С1етеп1і, —любимой моей церкви, —и любовался стариннымъ бѣлаго мрамора амвономъ, чуть ли не ѴІ вѣка, а по егѣнкаМъ —ИЩ крустировавная въ бѣліомъ мраморѣ яестрая каемка ; точно русское шитое полотенце или рукава сорочки на хо-хлушкѣ. Прелесть ! А въ крѳщальяѣ 8.-6іоѵашіі іп Ьаіегапо при мігЬ крестили современнаго итальянскаго младенца : разница въ воврастѣ крестимаго и ЬаШзІегіо большая : послѣднем'у болѣе 1,200 лѣтъ. И, вѣраятйо,. —иротачески зажаінзиваегь Ооіболевкжій, — и впредь черезъ столько жѳ лѣтъ все будутъ дѣляяі) то же самое, какъ ни старайся боборыкинскій анти-мнстическій кружокъ Бъ Мюісквѣ». По'рой о-тдыхъ отъ политическихъ треволненій нахО'Дилъ онъ въ литературныхъ занятіяхъ, аесвяэаншхъ оъ газеішьщи злобами дня. «А я, —писалъ онъ какъ-то, —накоиецъ пристунилъ къ печатанію писемъ Тургенева:, французскій языкъ которыхъ я попробо,- валъ перевести и въ результатѣ «пешперъ» Тургенева, іакъ выражался Н. Х. Кетчеръ о своемъ пѳревщѣ Шекспира. Оказывается, писать за Тургенева письма Еъ его возлюбленной по'-русски совсѣмъ не такъ легко. Каждое олово французскат го оригивада,—въ которомъ на каждомъ шагу сквозить свойственное русскому (пишущему ш-французски —французу) желаніе щегольнуть знаніемъ языкаі и писать отборно французскими словечками и выраженіями, —^воз'буждаетъ оомнѣнія, —какъ его! передать по - русски. И вотъ, въ концѣ концовъ, —заканчивалъ взыскательный къ себѣ самому редакторъ,— я очень, не,- доиоленъ этой попыткой». Такія литературныя завятія ради отдыха и развлеченія однако, были краткоівременны. Соболевскій отстраиялся оть нихъ, чтобы погрузиться въ жизнь газеты и заботы о ней. Только одиінъ. послѣдніЯ годъ жизии онъ могь себя;
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4