b000000938

312 ЗВЕНИГОРОДСЕІЙ. нѳніе разныхъ нѳдоразумѣній, какъ напр. трѳбованіе пристава Амиркуни-князя. чтобы кн. 3— скій дозволидъ приказнымъ гилянскимъ ліодямъ осмотрѣть привезен- ные имъ отъ царя и отъ Годунова поминки, а также и его собственную рухлядь. Кн. 3 — скійзаявилъ, что посламъ, посланникамъ и гондамъ шаха Аббаса «въ государя нашего государотвѣ повольность и честь бываетъ великая, и рухляди ихъ сильно не емлютъ и не перенисываютъ, и такова безчестья надъ ними не живетъ». Кн. 3 --СКІЙ предупрѳждалъ, что если будетъ сдѣланъ осмотръ, то и въ Московскомъ государствѣ такъ же иоступятъ съ послами шаха «и тѣмъ бы непригояшмъ дѣломъ межъ государей доброму дѣду поруха не учинилася». 3-го ноября, версты за двѣ до Еашана, кн. 3— скій былъ встрѣченъ, до приказанііо шаха, Шигаметъ-Агоі и Ази-Хосровомъ, которыхъ сопровождало человѣкъ пять- десятъ всадниковъ. Подъ самымъ Каша- номъ встрѣтиликн. З—скаго приблизительно тысяча нѣшйхъ кашанскихъ жителей. Въ Кашанѣ кн. 3~ск,ому были отведены хоромы вблизи шахова дворца, откуда принесли и ковры для украшѳнія его жилища. Шигаметъ-ага съ товариш;ами заявили кн. 3 — скому, что шахъ распорядился вы- слать подъ него и подъ бывшихъ съ нимъ посольскихъ людей нарядныхъ лошадей изъ собственной конюшни, съ драгоцѣн- ными сѣдлалн, но посланные поѣхаіи, повидимому, другой дорогой, вслѣдствіе чего и не поспѣли къ нему навстрѣчу. Узнавъ объ этой неисправности, шахъ прислалъ Ази-Хосрова сказать кн. 3~скому, что если онъ принялъ это «за досаду», то шахъ велитъ въ его присутствіи каз- нить Шигаметъ-агу. Кн. 3— скій просилъ передать шаху, что онъ бьетъ ему че- ломъ на такомъ жалованьѣ и проситъ не класть своей опалы на Шигамета. 5-го ноября явился къ кн. 3 —скому Ази- Хосровъ и сказалъ, что шахъ велѣлъ ему быть у себя на посольствѣ, на потѣшномъ дворѣ на майданѣ, въ присутствіи «тур- скихъ и бухарскихъ купцовъ и иныхъ земель многихъ людей»; тутъ же должны были подноситься государевы поминки какъ привезенные кн. 3--скимъ, такъ и при- сланные съ Ази-Хосровомъ. Шахъ желалъ, чтобы «шаховы окольніе недруги, турской и бухарской, пострашилися, что съ нимъ такой великій государь ссылаетца». Кн. 3 — скій сильно воспротивился выполненію этого намѣренія шаха и настаивалъ, чтобы Аббасъ принялъ его на своемъ дворѣ, не въ присутствіи недруговъ шаха и царя Ѳеодора Іоанновича и чтобы «государевы поминки» не несли вмѣстѣ съ той рухлядью, какая прислана съ Ази-Хосровомъ. Въ тотъ же день кн. 3 — скій былъ на пріемѣ у шаха, который согласился замѣнить персидскіе порядки московскими и дозво- лидъ кн. 3 — скому «быть у себя у руки^, а не у ноги, какъ это было въ обычаѣ при его дворѣ. Кн. 3— скій правилъ посоль- ство по государеву наказу, поклонъ пра- вилъ и грамоту подадъ, и поминки по росписи явилъ, сначала отъ царя Ѳеодора Іоанновича, а затѣмъ отъ Бориса Году- нова. На слѣдуюш;ій день шахъ позвалъ кн. 3 — скаго къ себѣ «на потѣху» . Для него устраивались въ садахъ гулянья съ му- зыкой и плясками и воинскія игры, въ которыхъ принималъ участіе и самъ шахъ: онъ прекрасно ѣздилъ на рѣзвомъ арга- макѣ и занимался стрѣльбой въ цѣль изъ лука. По вечерамъ на стѣнахъ потѣшнаго двора зажигались свѣчи и «камышины съ зельемъ съ пиш;альнымъ и съ нефтью и съ сѣрою»; посреди двора зажигали «въ трубахъ мѣдяныхъ пиш;альное зелье», Шахъ Аббаст. хвалился своими палатами съ проведенной въ нихъ водой, говоря: «ни при дѣдѣ моемъ, ни при отцѣ, не было такихъ построекъ; все это устроено мною съ тѣхъ поръ, какъ я царствую». ІІоказывалъ шахъ кн. 3 — скому и торговые ряды при вечернемъ освѣш;еніи; очевидно, что убранство лавокъ произвело на кн. 3 — скаго впечатлѣніе чего-то наряднаго, бо- гатаго и праздничнаго. «А въ рядѣхъ у всѣхъ лавокъ — читаемъ въ «Статейномъ спискѣ» — стѣны и подволоки обиты камка- ми и дорогами, и киндяками, и выбойками, а товары всякіе во всѣхъ лавкахъ раз- вѣшаны по стѣнамъ и по полицамъ рас- кладены, и свѣчи и чираки многіѳ зажжены во всѣхъ лавкахъ и ставлены у товаровъ. Изъ сокровищъ шаха особенно понрави- лись кн. 3 — скому: желтый яхонтъ, вѣсомъ въ 100 золотниковъ (оказалось, что шахъ предназначидъ его въ подарокъ царю Оеодору Іоанновичу), сѣдло Тамерлана, украшенное драгоцѣнными каменьями, яхонтами, лалами и бирюзой, шлемы и латы персидской работы и булатные мечи, привезенные изъ Индіи. Шахъ не высылалъ своихъ ближнихъ