b000000930

существовал уже при Иване Грозном, но был вполне закончен при Борисе Годунове в 1600 г., как об этом говорит надпись под главой. В 1624 г. была воздзигнута северная пристройка. Западные романо-ренессансные черты постройки несомненны, однако в соединении с новгородско- псковскими элементами звонницы ввиде стены с про- летами. Столпообразность здания вполне определяет художественные вкусы Москвы XVI в., когда сози- дались и шатровые храмы в типе Василия Блажен- ного, который, однако, своей узор- чатостью, сложностью и живописно- стью более тяготеет к XVII в. Шатровые храмы в XVII в. дожи- вают свой век. В сущности, они пред- ставляют лишь игрушку в шатер, который является глухим, декора- тивным, Он не раскрывается внутрь и пространство храма не имеет „го- тического" столпообразного устре- мления вверху. Жиденькие и слиш- ком вытянутые столпы, как кегли, Рис. .13 стоят на кубоватой массе с покатой кровлей, причем эта масса даже не квадратна в плане, а ориентированапоперек. В Москве сохранились лишь три церкви этого „скульптурного" типа: „тройня" шатров церкви Вознесения в Гончарном переулке, 1649 г.; „двойня" придела церкви Илии пророка на Воронцовом поле, 1654 г., весьма застроенная и поте- рявшая весь свой эффект; наконец, знаменитая Путинковская церковь на М. Дмитровке возле Страстного монастыря, 1649 — 52 гг. Последний памят- ник особенно замечателен своей живописностью в соединении архитектурных тел, включая шатровую 21