b000000929

домѣ жила она хорошо. Отецъ съ матерью любили ее, баловали, братъ по утрамъ будилъ ее пѣсней. Парней она избѣгала, но — „суженаго конемъ не объѣдешь": сосватали ее за питерщика — Филиппа Корчанина. Ма- трена съ Филиппомъ сговорились жить согласно, другъ друга не притѣснять. Несмотря на любовь мо- лодътхъ, съ выходомъ замужъ наступила другая жизнь. Семья Филиппа была большая, недружная. Онъ самъ, отправляясь на заработки, совѣтовалъ ей тер- пѣть и молчать. Ей приходилось работать на старпіую золовку, слѣдить, чтобъ свекръ не унесъ что-нибудь въ закладъ, опасаться невольнаго проступка противъ деревенскихъ примѣтъ. Все терпѣла. Зимой пришелъ Филиппъ, привезъ женѣ шелковый платокъ. Съ му- жемъ забыла она свое горе. И впрямь, такого мужа, кавъ Филиппъ, другого не найти; поколотилъ онъ ее всего одинъ разъ, да и то легко. На Благовѣпіенье Филиппъ опять ушелъ на про- мыселъ, а на Казанскую Матрена родила сына. Де- мушка былъ единственной радостью матери, своей улыбочкой давалъ онъ ей силу выносить и работу и попреки. За Матреной сталъ пріударять господскій управля- юш;ій Ситниковъ. Матрена перестала ходить на бар- щину, онъ приходилъ въ избу. Матрена пряталась въ сарай, но свекровь вытаскивала ее, совѣтуя не шу- тить съ огнемъ, если не хочется быть солдаткой. Тогда Матрена обратилась къ дѣдушкѣ Савелію, ро- дителю свекра-батюшки. Съ огромной сѣдой гривой, съ длинной бородой, дѣдъ походилъ на медвѣдя. Сынъ съ семьей звали дѣда „клейменнымъ, каторжнымъ". А онъ уйдетъ въ свою свѣтелочку, читаетъ святцы, крестится, потомъ вдругъ и скажетъ: „клейменный, да не рабъ". Какъ свекръ разскандалитъ, Матрена уходила къ дѣдушкѣ, работала, а Дема сидѣлъ на