b000000905

ѲЁОДОРЪ ВОРИСОВИЧЪ. 269 ііравахъ на престолъ того самаго Дми- трія, противъ котораго они сражались. Полки присягнули мнимому Дмитрію; Бас- мановъ, Салтыковъ, кн. Вас. Вас. Голи- цынъ и нѣкоторые другіе воеводы поѣхали къ нему навстрѣчу. Только немногіѳ не захотѣли нарушить присягу Ѳеодору и бѣжали въ Москву съ воеводами, князья- ми Катыревымъ-Ростовскимъ и Телятев- СЕИМЪ. Въ разныхъ мѣстностяхъ Московскаго государства стали распространяться слухи о намѣрѳніи Лжедимитрія итти къ Мо- сквѣ; напр. Углицкій воевода прислалъ отписку царицѣ Марьѣ Григорьевнѣ и царю Ѳ. В., что черный попъ Антоній распускаетъ слухи, будто бы Лжѳдмитрій пишетъ въ грамотахъ: «а язъ дѳ буду къ Москвѣ какъ станетъ на деревѣ листъ разметыватца». Если бы Ѳ. В. сознавалъ ту опасность, которая на него надвигается, то долженъ бы былъ стать во главѣ вой- ска, оставшагося ему вѣрнымъ, и итти противъ Лжедмитрія. Московское прави- тельство не принимало однако никакихъ мѣръ для охраны юнаго царя и столицы и ограничивалось тѣмъ, что перехватывало гонцовъ, присылаемыхъ Лжедмитріемъ въ Москву съ грамотами, въ которыхъ онъ убѣждалъ покориться ему, какъ истинному государю, и истребить его враговъ Году- новыхъ. 3-го іюня два смѣльчака, Пле- щеевъ и Пушкинъ, явились въ подмосков- ное Красное село, а оттуда, въ сопрово- жденіи многочисленной толпы, отправились въ Москву и съ Лобнаго мѣста во все- услышаніе прочитали грамоту Лжедмитрія, въ которой, между прочимъ^ сказано было слѣдующее: «А измѣнники наши Марья Бо- рисова жена Годунова, да сынъ его Ѳео- доръ о нашей землѣ не . жалѣютъ, да и жалѣти имъ было нечего, потому что чу- жимъ владѣли, и отчину нашу Сиверскую землю и иные многіе городы и уѣзды ра- зориша и православныхъ христіянъ не въ винѣ побили >. Грамота Лжедмитрія по- дѣйствовала на толпу зажигаюш;имъ обра- зомъ: рѣшили принести ему повинную, а Годуновыхъ взять подъ стражу. Нѣкото- рые бояре, по совѣту патріарха, вышли на Лобное мѣсто съ увѣпіаніями, но ни- чего не достигли. Мятежники вломились во дворецъ и стапі;или Ѳеодора съ пре- стола; въ хронографѣ сказано: «Возшу- мѣша аки лютая буря, и предобраго царя, Ѳеодора Борисовича, аки не возрастшаго и присно цвѣтущаго финика немилосер- дыма рукама отъ престола Царьскаго от- торгнуша. Мати же его терзаше власы главы своея и умильно народу мо-іяшеся о сыну своемъ, дабы пощадили, не пре- дали смерти». Можетъ быть мольбы ма- тери подѣйствовали: мятежники пош;адили жизнь Годуновыхъ, но вывели ихъ изъ дворца въ Кремлевскій домъ Бориса и приставили стражу. Всѣхъ родственниковъ Годуновыхъ заключили въ тюрьму, иму- щество расхитили, дома сломали. По сви- детельству Мартина Вера (лютеранскаго пастора въ Москвѣ въ 1600—1612 г. г.), чернь намѣрена была разграбить царскіе погреба, но до этого не допустилъ ихъ Богданъ Вѣльскій, возвращенный изъ ссылки Ѳ. В. Онъ направилъ чернь про- тивъ нѣмцевъ, главньшъ образомъ врачей, внушивъ, что иноземные врачи были ду- шою и совѣтниками Бориса, получали отъ него несмѣтныя богатства и наполнили погреба всякими винами. Чернь наброси- лась не только на вина, но и на имуще- ство нѣмцевъ, при чемъ пограблены были многія лица, которыя спрятали въ доктор- скихъ домахъ свои вещи, полагая, что онѣ будутъ тамъ сохраннѣе. Бѣльскимъ руководило чувство злобы: онъ пострадалъ при царѣ Борисѣ отъ руки его врача, капитана Габріеля, который, по царскому приказанію, выщипалъ ему бороду. Бо- риса и Габріеля не было въ живыхъ, и онъ выместилъ свою обиду на ни въ чемъ неповинныхъ людяхъ. По свидѣтельству того же Вера, москов- скіе жители послали 3 іюня Лжедмитрію повинную грамоту. Черезъ недѣлю послѣ- довалъ отвѣтъ, что онъ вступитъ въ Мо- скву только тогда, когда не останется въ живыхъ никого изъ царской семьи. Въ тотъ же день, 10 іюня, князья Голицынъ и Мосальскій, Молчановъ и Шерефеди- новъ, взявъ съ собою трехъ стрѣльцовъ, пошли въ домъ Бориса Годунова. Они развели Ѳеодора, его мать и сестру по разнымъ комнатамъ и велѣли стрѣльцамъ покончить съ бывшимъ царемъ и его ма- терью. Марью Григорьевну они тотчасъ удавили, а Ѳеодоръ, какъ обладавшій не- обыкновенной силой, долго боролся съ убійцами, которые едва одолѣли его. Мо- сквѣ объявили, что они сами отравились. Царевну Ксенію, по приказанію Лжедми- трія, помѣстили къ кн. Мосаіьскому. О кончинѣ Ѳеодора читаемъ въ хронографѣ;