b000000905

14 ЯГУЖИНСЕІЙ. коварными и лукавыми людьми, которые і при смотрѣніи государева интереса и пар- тикулярные не назади оставляіотъ», и среди ; борьбы партій, которыя «страсти своей» не оставляли. Я. говорилъ; «Я совѣстыо своеіг- и всѣми сенаторами засвидѣтель- ствуюсь, сколько въ томъ вѣрности и стара- нія моего не было, однакожъ съ превеликою трудностью при такихъ страстяхъ дѣло дер- жать въ порядкѣ было можно, особливо будучи безо всякаго надежнаго вспомощ- ника». О такомъ помощникѣ, въ вндѣ вто- рого оберъ-секретаря, и ходатайствовалъ Я. Необходимость такового особенно вы- яснилась для него послѣ дѣла о Скорня- ковѣ-Писаревѣ. Прося о назначенін епііе одного помощника, Я. говоритъ; «понеже несказаемая бездна дѣлъ къ тому же не небезподозрителенъ одинъ и можетъ пар- тій имѣть, а когда другой будетъ, то одинъ за другимъ — глаза». Неувѣренность Я. въ правильной работѣ Сената и своей воз- можности услѣднть за нимъ при тогдаш- немъ составѣ его доходила до того, что Я. выражалъ Петру лгелавіе измѣнить его составъ такъ, чтобы «Сенатъ изъ такихъ среднихъ людей былъ сочиненъ, чтобъ сильныхъ споровъ и браней меньше было». Относительно сенатскихъ дѣлъ Я. сно- сился съ Петромъ Великимъ или лично путемъ доклада и писемъ, или чрезъ ка- бинетъ-секретаря Макарова. Получая отъ царя какія-либо предписанія, онъ немед- ленно приводилъ ихъ въ исполненіе, поль- зуясь указами царя очень часто лишь, какъ подтвержденіемъ тѣхъ требованій, которыя и раньше предъявлялъ къ пре- зидентамъ коллегій, прокурорамъ и т. п. чинамъ. Особенно трудно приходилось ему въ сношеніяхъ съ Сенатомъ и онъ без- престанно напоминалъ ему о дѣлахъ, на- блюдалъ за законностью приговоровъ и все же не разъ огорчался, такъ какъ го- сударь напоминалъ ему о его должности. Промахи происходили отъ того, что, не- смотря на большую дѣловую опытность Я., его таланты и рвеніе, онъ, какъ и самъ в-ь томъ признавался, былъ мало подго- товленъ къ той спеціальной и огромной работѣ, которая самимъ ходомъ государ- ственной жизни требовалась отъ генералъ- прокурора. Этой неподготовленностью объ- ясняются недостатки дѣятельности Я., но широкій в-зглядъ на дѣло и незаинтересо- ванность давали ему возможность часто стоять въ своихъ мнѣніяхъ и рѣшеніяхъ выше Сената. Когда однажды сенаторы, по невыясненнымъ причинамъ, не поже- лали назначить въ прокуроры надворныхъ судовъ двухъ дворянъ, Я. заявилъ, что «не признаетъ за ними никакого явнаго порока и мнитъ въ томъ быть нѣкоторой страсти», а потому и принимаетъ въ томъ отвѣтъ предъ Его Величествомъ на себя». Въ другомъ случаѣ, обвиненный по до- носу фискала просилъ выдачу копіи до- проса, и Сенатъ, разсматривая дѣло, какъ «интересное», склонился кътому, чтобы ко- піи не выдавать, якобы во охраненіе вы- годъ казны, но Я. запротестовалъ и про- че.іъ указъ о формѣ суда, которымъ пред- писывается выдавать отвѣтчикамъ копіи съ пунктовъ, поданныхъ челобитчиками. Протестъ Я. возымѣлъ свое дѣйствіе — Сенатъ согласился съ нимъ. Лучше, чѣмъ съ Сенатомъ, шли у Я. дѣла съ колле- гіями. Онъ былъ болѣе освѣдомленъ какъ съ формой ихъ устройства и дѣятельности, въ которыхъ принималъ даже участіе, такъ и съ ихъ личнымъ составомъ, за пополне- ніемъ котораго своевременно и набдюдалъ. Большинство прокуроровъ било назначено съ его вѣдома, хотя, какъ писалъ Я. Петру, «воистину трудно было людей достойныхъ сыскивать». Пабравъ хорошій составъ служапі;ихъ въ прокуратурѣ, Я. стремился поставить ее въ совершенно независимое отъ другихъ властей положеніе. Сначала онъ самъ оказывалъ могуш;ественную под- держку своимъ подчиненнымъ, обороняя ихъ отъ другихъ вѣдомственныхъ наііа- дѳкъ и выставляя передъ царемъ, какъ особенно усердныхъ и честныхъ слугъ. «Въ коллегіяхъ которые опредѣлены про- куроры не токмо должность званія своего исправляютъ прилежно, но и сверхъ того тщатся, гдѣ что могутъ видѣть, и испра- вить къ интересу Вашего Императорскаго Величества нигдѣ не иропущаіотъ, и Ваше Величество изволите при счастливомъ воз- вратѣ своемъ въ Москву сами свидѣтель- ствовать, что я сію похвалу имъ не ложно придаю, и господа президенты къ нимъ респектъ такой имѣютъ и только зерцало и прокуроровъ твердятъ». Однако, зная хо- рошо, какъ тяжело и опасно было положеніе защитниковъ законности и честности среди того моря неправды и хищеній, которыми была полна русская жизнь, и особенно предъ лицомъ сильныхъ персонъ,. Я. про- силъ царя въ случаяхъ, когда «можетъ