b000000760

Достоинства и недостатки идеалистической школы. 391 произносимыя слова заключаютъ въ себѣ ритмъ. На искусство декла- мации должно было смотрѣть какъ на нѣкоторый родъ „прозаиче- скаго, тоническаго искусства": оно должно развивать извѣстное число измѣняющихся тоновъ, изъ глубочайшей сущности того чув- ства, которымъ проникнуты роли, для того чтобы содѣйствовать цѣльному впечатлѣнію между прочимъ и съ помощію звука; но и здѣсь, точно такъ же какъ въ мимикѣ, пониманіе внутренняго смысла должно было руководить въ выборѣ средствъ. Мы видимъ, какъ здѣсь былъ выраженъ новый принципъ сце- ническаго искусства, состоявши въ полномъ противорѣчіи съ „реа- листической школой". Не' прихотливыя или черезчуръ затѣйли- выя требованія создали этотъ принципъ: онъ является необходи- мымъ результатомъ классической поэзіи. Подражательно античное направленіе въ драмѣ неотступно требовало новыхъ пріемовъ въ игрѣ; средствами, который представлялъ реализмъ, нельзя было выработать такихъ пріемовъ ея, которые отвѣчали бы внутреннему содержанію пьесы. Что эти цѣли не легки и не достижимы безъ полнаго посвященія себя дѣлу, это совершенно понятно; Гёте относился къ своей задачѣ съ желѣзною силою воли и занимался ею серьезно и съ любовью. Въ числѣ его любимыхъ учениковъ нужно назвать Пія Александра Вольфа. Но въ веймарской школѣ заключались опасныя сѣмяна, кото- рый начали мало по маду развиваться нослѣ 1810-го года. Стрем - леніе къ изяществу должно было привести къ роковымъ резудьта- тамъ всюду, гдѣ оно предъявляло свои права только въ качествѣ внѣшняго принципа. Только немногіе особенно выдающееся таланты усвоили себѣ то, что было лучшаго въ этой школѣ, иди же прониклись по- добными стремленіями безъ непосредственнаго вліянія Веймара. Особенно видное мѣсто заняла Софья Шрёдеръ (1781 — 1868), которая съ 1805 года посвятила себя трагедіи и въ 1815 году получила мѣсто на вѣнскомъ „Виг§Шеаіег". Она одна изъ са- мыхъ замѣчательныхъ представительницъ идеальной манеры игры, владѣвшая въ полномъ совершенствѣ произЪошеніемъ и пла- стичностью движеній и въ то же время одаренная увлекательной страстностью, рѣдкимъ богатствомъ чувства; женскіе типы Шекс- пира, такъ же какъ и Шиллера, нашли въ ней полное свое вопло- щеніе. Ея вліяніе въ Вѣнѣ, гдѣ бургтеатромъ руководилъ Шрей- фогедь, одинаково дѣятельный какъ . поэтъ и какъ переводчикъ, положило основаніе процвѣтанію этой сцены. Изъ актеровъ риторической шкоды нужно назвать Фердинанда Эсслера (1772—1840), который игралъ сначала въ Штутгардтѣ, а