b000000694

АЛЕКСАНДРЪІІ. 437 рянство Кіевской, Волынской п Подольской губерніи, встревожонное мѣрами, принятыми Ыиколаемъ I со времени учрежденій инвентарей, прпдучало, какъ говорить Шницлеръ, отчаянное средство: оно изъявило готовность дать свободу крестьянамъ, предполагая, что пдея о столь радикальной ыѣрѣ испугаетъ правительство, или надѣясь, чю въ осно- ваніе такой операціи ляжегъ соотвѣтственное денежное вознагражденіе». Оно доста- вило Императору случай дать вопросу рѣшительный толчекъ. Онъ рескриптомъ унолно- мочилъ дво])янство трехъ литовскихъ губерніи приступить къ дѣлу освобожденія. Этоть рескриптъ, служпвшіи комментаріемъ къ нему и мпннстерская инструкція были разосланы въ копілхъ ко всѣмъ губернаторамъ и губернскимъ нредводптелямъ дворянства «для свѣдѣнія», а также говоі)илось въ препроводительномъ циркулярѣ, «для руководства въ томъ случаѣ, если-бъдворянство во вѣренной вамъ губерніи выразило такое же намѣро- ніе, какъ п дворянство трехъ литовскихъ губерніи». Дворянство С.-Петерб}ргской, Ниже городской п Орловской губерніи дало пріятный дм Императора отвѣтъ. Печать такіке поддержала ято дѣло, ратуя за мѣру, которая должна была «начать новую и славную эпоху въ національноіі исторіи». — -Всѣ нодраздѣленія литературыаго мира», говорилъ Іоллесъ, «представили доказательство пользы омансипаціи. Моралисты заявпли, что всѣ господствуіощіе пороки были продуктомъ крішосгнаго права и что нравственный нрогрессъ невозможенъ въ атмосферѣ рабства; легитимисты утверждали, что произволъ помѣщиковъ надъ крестьянами не имѣлъ законнаго основанія; экономисты объясняли, что свободный трудъ составляетъ необходимое условіе промышленнаго и тор- говаго благосостоянія ; историки, философы доказывали, что логическое развитіе судебъ страны требовало немедленнаго ѵничтоженія этого остатка варварства ; чувствптельные писатели предавались безконечнымъ ПіЗліяніямъ о братской любви, которую мы обязаны оказывать слабѣйшему и угнетенному». Вопросъ уже не ограничивался дарованіемъ крестьянину одной свободы ; чтобы крестьянипъ легко свободный, но не имѣющій земли и потому отданный на произволъ прежняго своего господина, не впалъ въ болѣе постыдную зависимость и чтобы не образовался громадны!^ пролегаріатъ болѣе голодный п болѣе опасный, нежели угрожавшій западннмъ державамъ, необходимо было дать освобожден- нымъ крѣстьянамъ земельную собственность, возсоздать и укрѣпить русскую общину, которой мугучая солидарность и живучесть служили лучпіимъ оплотомъ противъ паупе- ризма. Многіе пзъ помѣщиковъ присоединились къ этому двпженіго. Опираясь на многочисленные адресы дворянскаго сословія, правительство учредило комитеты изъ помѣіцнковъ, обязанные разсмотрѣть вопросъ. Собралось 46 комитетовъ изъ 1336 членовъ для обсужденія правъ 23 мпллюновъ крестьянъ и 120,000 помѣпі;иковъ. Всѣ комитеты высказались за освобожденіе крѣпостныкъ безъ всякаго вознагражденія; но въ 0'інопіеніп надѣла землею и условій денежнаго вознагражденія мнѣнія были раз- личны. Тогда Императоръ учредилъ «главный комитетъ», состоявшій изъ двЬнадцати лицъ. Этотъ комитетъ много разъ прогивопоставлялъ монаршей волѣ пассивное сопро- тивленіе, поддерживаемое нѣкоторыми изъ губернскихъ комитетовъ. Императоръ ііосѣ- щалъ провииціп, пробуждалъ духъ преданностп въ благородномъ дворянствѣ, укорялъ запоздавшихъ, напоминая, что «гораздо лучше, если реформы псходятъ свыше, а не идуіъ снизу». Чтобы побѣдить бездѣлтельность главнаго комитета, опъ учредилъ другой, ко- корому подчинялся прежній и который состоялъ изъ людей преданнычъ новой идеѣ. Новая «Императорская коммиссія» не удовольствовалась обработкою матеріаловъ, доставленныхъ губернышми комптетами; но будучи руководима непосредственно Импера- торомъ, давшимъ ей инструкцію о ходѣ и окончати крестъянскаю вопроса, постанови іа 65