b000000694

^ 324 ИСТОРІЯРОССІИ. земледѣліи; присланное изъ Ахена сочиненіе, признававшее освобожденіе крестьянъ не- премѣннымъ условіемъ успѣха земледѣлія, получило награду; но другія дѣла воспре- цятствовалп императрицѣ принять во вниманіе сказанное сочиненіе. Въ то время рус- ская аристократія мало была расположена отказаться отъ своихъ правъ; это видно изъ разговоров* княгини Дашковой съ Дидеро и изъ переписки Дмитрія Голицына. Екатерина ограничилась прекрапі,евіемъ самыхъ вопіющихъ злоупотребленій. Про- цессъ Дарьи Салтыковой, уличенной въ томъ, что замучила сорокъ слугъ и служанокъ, показалъ, до какой степени крѣпостное право, уничижающее раба, деморализуетъ го- сподина. Салтыкову присудили въ 1768 г. быть выставленной на пуб.іпчное позорище и потомъ заключенной въ тюрьму до смерти; здовѣщее о ней воспомпнаніе еще живетъ въ народныхъ легендахъ. Какъ-бн то ни было, но тѣ самыя причины, который во вре- мена Бориса Годунова побудили установить крѣпостное право, дѣйствовали по видимому и въ царствованіе Екатерины. Въ 1767 г. изданъ указъ, воспрещавшій крестьянамъ приносить жалобы на своихъ господъ; послѣднимъ вновь разрѣшено ссылать своихъ крѣ- постныхъ въ Сибирь и отдавать въ со.ігдаты безъ зачета. Крѣпостное право введено также въ Малороссіп, гдѣ оно еще не было признано закономъ. Адмйнистрація и юсгація, колонизація. Оовѣтъ императрицы лишилъ сенатъ части его долитическаго значенія; но сенатъ, раздѣленный на шесть депар ■ аментовъ, наблюдалъ надъ всѣми отраслями администра- ціи. Екатерина П обратила особенное вниыаніе на самое закоренѣлое зло этой адыини- страціи: на в,зяткй. Въ указѣ 1762 года говорилось: «За дсигъ себѣ вмѣняемъ непре- ложный и непремѣнныи объявить въ народъ, съ истиннымъ сокрушеніеыъ сердца нашего, что мы уже отъ давняго времени слышали довольно, а нынѣ и самымъ дѣломъ увидѣли, до какой степени въ государствѣ нашемъ лихоимство возрасло, такъ что едва малое самое мѣсто правительства, въ которомъ-бы божественное сіе дѣйствіе, судъ, безъ за- раженія сей язвы отправлялся : ищетъ-ли кто мѣсто — платитъ, защищается ли кто отъ клеветы — обороняется деньгами; клевещетъ ли на кого кто — всѣ происки свои хит- рые подкрѣпляетъ дарами. Мпогіе судящіе, освященное свое мѣсто, въ которомъ они именемъ Вышняго должны пока.зывать нравосудіе, въ торжище превращаютъ, вмѣняя себѣ ввѣренное отъ насъ званіе судіи безкорыстнаго и нелицепріятнаго за пожалован- ный имъ будто-бы доходъ въ поправленіе дома своего, а не за службу, приносимую Богу, намъ и отечеству. Сердце наше содрогнулось, кэгда мы услыщали, что новгородскій губернской канцеляріи регистраторъ, приводя нынѣ къ присягѣ намъ въ вѣрности бѣд- ныхъ людей, бралъ и за то съ каждаго себѣ деньги». Лучшимъ средствомъ придать законамъ большую силу, быть можетъ, было уменьшить пространство, занимаемою каждою губерніею; губерніи были тачъ велики, что управляемые находились весьма далеко отъ центровъ администраціи и юстиціи. Указомъ 1775 года, Екатерина измѣнила раздѣленіе имперіи на губерніи; она учредила, вмѣсто пятнадцати провинцій, Бятьдесятъ губерніи, каждая съ 3 — 4 стами тысячъ душъ населенія; губер- ніи въ свою очередь подраздѣлялись на уѣ.зды, каждый съ 20—30 тысячами жителей. Въ каждой губерніи былъ губернатор* и вице-губернаторъ ; намѣстники, которымъ ввѣ- рялось по двѣ или по три губерніи, имѣли надъ ними высшій- над.зоръ. Такимъ обра-