b000000694

гл. II. ЭТНОГРАФІЯ РОССІИ. 19 нія, — не можетъ тамъ нп преобразоваться, ни погибнуть; онъ по своей силѣ становится господствуіощимъ. Исторія содѣйствовала усиленію этого движенія. Забравшись въ Су.здадьскую обасть, русскій долженъ былъ сперва распахать неблагодарную почву своихъ будущихъ владѣ- ній, такъ какъ черноземная полоса была въ рукахъ кочевниковъ. Кавъ противиться искушенію и не поискать на югѣ болѣе плодородн й почвы, которая, не требуя ни тру- да, ни удобренія, даегъ богатый урожай? Селенія, цѣлые округи обезлюживались въ Мо- сковской области: крестьяне уходили, какъ въ эпоху переселенія народовъ, цѣлою націей и направлялись въ черноземную полосу. Правительство и собственники должны были прибѣгнуть къ строгимъ мѣрамъ, чтобы остановить эти выселенія земледѣльцевъ. Безъ этихъ мѣръ южныя степи заселились бы двумя столѣтіями раньше. Простая молва о томъ, что царь разрѣшилъ выселяться, фальшивый указъ, сдухъ, отрывали отъ почвы цѣлыя селенія. Этою склонностью русскаго человѣка къ выселеніямъ объясняется развитіе каза- чества въ южныхъ равнинахъ; ею объясняются законодательныя мѣры, которыя, начиная съ XVI вѣка, прикрѣпили русскаго человѣка къ землѣ, къ родной почвѣ. ВъХШвѣкѣ, напротивъ, земледѣлецъ былъ свободенъ и князь ободрялъ его выселяться; отсюда произошла русская колонизація на востокѣ. 2. Русское племя, безспорно, обладаетъ способностью поглощать извѣстные тузем- ные народы: малороссы уподобили себѣ остатки тюркскихъ народовъ, великорусы по- глотили финпскія націи на востокѣ. Достаточно, чтобы между побѣдителемъ и побѣж- деннымъ не было религіозной преграды: ибо языческая чудь еще легко поглощается, но, принявъ ислампзмъ, становится элементомъ, который нельзя ни покорить, нп уподо- бить. Крещеный чувашъ дѣлается по необходимости русскимъ:, чувашъ, принявшій исламъ, превращается въ татарина. Весь, мурома, меря изчесли безслѣдно ; чуваши, мордва, черемисы русѣюгъ съ каждымъ днемъ; одинъ англійскій путешественникъ, Уоллесъ, замѣтилъ недавно посдѣдовательные успѣхи, посредствующія фазы, которыя ведутъ къ окончательному превращенію: «Во время мопхъ поѣздокъ по этимъ губерніямъ я встрѣчалъ селенія на всѣхъ степеняхъ обрусѣнія. Въ одномъ, все казалось совершено (1)инскимъ: жители имѣли желто-красный цвѣтъ лица, выдающіяся скулы, косвенно проѣзанные глаза и особен- ную одежду; ни одна женщина не понимала нерусски; очень немногіе мужчины могли понимать этотъ языкъ и всякій русски, пріѣхавшій въ селеніе, считался иноземцемъ. Въ другомъ уже было нѣсколько русскихъ жителей; туземцы утратили уже нѣсколько свой финнскій типъ, многіе мужчины отказались отъ старинной одежды и бѣгло гово- рили нерусски Въ третьемъ, финнскій типъ стушевался еще больше; всѣ мулсчины го- ворили порусски н почти всѣ понимали русскій языкъ; старинная муліская одезкда ис- чезла совсѣмъ, старинный женскій костюмъ былъ брошенъ почти всѣми и браки съ рус- скимъ населеніемъ не составляли рѣдкости. Въ четвертомъ браки почти совсѣмъ сдѣлали свое дѣло и древній финнскій элементъ выражался только въ нѣкоторыхъ особенно- стяхъ физіономіи и выговора». Однакожъ надобно замѣтить, что эти древніе народы, разсѣянные по обширнымъ пространствамъ, не представляли плотной массы; переселенцы, напротивъ, приходили густыми толпами или слѣдовали непрерывно другъ за другомъ. Туземцамъ часто прихо- дилось отступать и сосредоточиваться, очищая мѣсто почти чистому славянскому эле- менту. Однакожъ это болѣе или менѣе значительное смѣшеніе должно было имѣть осо- бенное вліяніе на типъ, характеръ и качества великоруса. Великорусъ болѣе плотнаго 3*