b000000694

ПЕТРЪ ВЕЛИКІЙ ш Мятежъ и уничтозкеніе стрільцовъ. Первыя реформы Петра I, первые нанесенные имъ удары нацюнадьнымъ обычаямъ и предразсудкамъ создали ему множество враговъ. Старая Россія протестовала про- тивъ насильственныхъ _ дѣйствій смѣлаго преобразователя. Внутри государства — глу- хое и ожесточенное сопротивленіе, которое иногда выражается кровавыми эпизодами. Стрѣлецкій бунтъ, мятежъ въ Астрахани, возстаиіе казаковъ. а позже судъ надъ сы- номъ и первою женою составляютъ только эпизоды великой борьбы Попы у;ке говорили о пришествш антихриста; сказано, что ангихристъ родится отъ блудницы, Петръ ясе бнд'ь сыномъ второй супруги Алексѣя: его мать Наталья была лэісе-діьвою, блудницею пророчествъ. Возраставшія тягосіи составляли другое знамеше наступленш послѣднихъ дней. Другіе, возмущенные пристрастіемъ царя къ нѣмецкоыу платью, иностраннымъ языкамъ и къ чужесіранцамъ, утверждали, что онъ былъ не сынъ Алексѣя, но Ліенев- ца Лефорта или же нѣмецкаго дѣкаря. Они стыдились того, что царь, какъ новый Гришка Отрепьевъ, подвергается ударамъ въ своихъ воинскихъ поіѣхахъ. Чернь воз- мущалась гоненіемъ на бороды и длинныя одежды, раскольники негодовали за «свя- тотатственную заразу табакомъ». Заграничное путешествіе окончательно взволновало умы и сердца. Видано ли когда нибудь, чтобы Московскій царь уѣзжадъ пзъ свя- той Руси въ иноземныя государства? Какія бѣдн предстояли ему у «пЬмцевъ и басурманъ?» ибо русскій народъ не находилъ различія между Турками и Нѣмцами и не зналъ о Францш и Англіи. Какимъ опасностямъ подвергается онъ подъ невѣдомымъ небомъ и на краю свѣта, на берегахъ «моря-окіянъ?> Тогда сложилась удивительная легенда о ыутешествіи царя. Разсказывади, что онъ, переодѣвшись купцомъ, і'улялъ по Стокгольму, и что королева узнала его и старалась схватить, но не могла. По дру- гому разсказу, королева посадила его въ тюрьму и выдала врагамъ, которые хотѣли носаднть его въ бочку съ гвоздями и бросить въ море; одинъ стрѣлецъ спасъ его, легши вмѣсто него на постель и допустивъ заключить себя въ бочку. Нѣкоторые увѣряли, что Петръ еще живъ: въ 1705 году, астраханскіе раскольники и стрѣдьцы говорили, что въ Москву возвратился не настоящій царь; истинный царь прикованъ къ столбу въ Стеколтомь. *) Въ этомъ общемъ броженіи, которое поддерживалось оТсутствіемъ Петра, замѣча- лись весьма треволшые симптомы. Московская милиція становилась болѣе и болѣе вразк- дебною къ новому порядку вещей. Въ 1694 году Петръ открылъ новый заговоръ, имѣв- шій цѣлью освободить Софію; въ моменгъ отъѣзда на Западъ ему пришлось казнить мятежныхъ стрѣльцовъ и казаковъ, въ главѣ которыхъ находился Цыклеръ. Стрѣльцы, назначенные въ Азовскій гарнизонъ, плакали по оставленнымъ въ Москвѣ лсенамъ, дѣ- тямъ и торговлѣ; когда же, въ отсутствіе царя, перевели ихъ изъ Азова на польскую границу, они начали роптать: «какая наша служба! страдаемъ отъ боя])ъ, скитаемся чрезъ нихъ третііі годъ..» Двѣсти изъ нихъ бѣжали въ Москву. Дума, опасаясь ихъ при- сутствія въ взволнованной уже столицѣ, выгнала ихъ силою. Они принесли въ свои полки письмо Софш: «теперь вамъ худо», писала она, «а посдѣ будетъ еще хуже, сту- пайте къ Москвѣ! Что вы стали, про государя ничего не слышно». Въ полкахъ гово- *) А. ЕатЬаиа, 1а Виззіе ёрі^ие, р. 303