b000000694

в) ---------- ~-^ ----------------- ^ --------------------------- — ----------------------------- е@^ 212 .Й * И С Т О Р I Я Р О С С I И. Вт. ото время второй саыозванецъ былъ убитъ однимъ изъ свопхъ личныхъ вра- говъ. Его смерть иыѣла важнгм послѣдстпія. Она дала возможность разрѣшить недораз- умѣнія. Такъ какъ самозванецъ умеръ, то Сигизмундъ не имѣлъ болѣе предлога держать свое войско въ Россіи. Высшее сословіе не имѣло болѣе причины опасаться парода п могло соединиться съ нимъ противъ иноземца. На Московскихъ улицахъ начали гово- рить, что нужно дѣйствовать дружно противъ Ляховъ. Салтыковъ и Андроновъ увѣдо- миди врага объ отой непріятпости. ІТатріархъ Гермогенъ, опасный по своему патріо- тизму, закдюченъ въ тюрьму, гдѣ и умеръ съ голода. Провинціи волновались: жители Москвы и Смоленска писали во всѣ города, не избирать въ цари вѣроломнаго врага иравославія. Гралсдане давали деньги, боярскія дѣти готовились къ войнѣ, Ляпуновъ собиралъ войско въ Рязани. При "его приближеніи Москва начала наполняться сбори- щами, а Поляки поставили пушки на Кремлевскихъ стѣнахъ. Вдругъ произошла схватка между народомъ и чужеземцами: Поляки и Нѣмцы перебили, какъ говорятъ, 7000 че- ловѣкъ; но въ улицахъ Бѣлаго-города организовалась сопротивленіе, и чужестранцы, прогнанные княземъ Пожарскимъ, ушли въ Кремль и Китай-городъ; чтобы огради'п. дост5Пъ къ себѣ, они зажгли сосѣднія улицы. Москва вигорѣла почти вся. Узнавъ о вооруженіи Ляпунова и о возстаніи Москвы, Сигизмундъ арестовалъ московскихъ пословъ, Голицына п Филарета, и отправилъ ихъ плѣнниками въ Маріен- бургъ въ Пруссіи. Вскорѣ затѣмъ паяъ Смоленскъ послѣ отчаяннаго сопротивленія, которое сами Поляки сравнивали съ защитою Сагунта. Сигизмундъ не постыдился пытать муже- ственнаго воеводу Шеина, дерзнувшаго сопротив-мться ему, и съ торлсествомъ вступилъ въ Варшаву, влача за собою по улицамъ плѣннаго русскаго царя, несчастнаго Ва- силья Шуйскаго. Еъ Ляпунову присоединились князь Трубецкой и Иванъ Заруцкій съ донскими казаками. Стотысячное войско осадило Поллковъ, запершихся въ Кремлѣ; но въ этомъ Бойскѣ было такъ много нечистыхъ элементовъ, что предпріятіе не могло имѣть успѣха. Трое предводителей не довѣряли другъ другу: Ляпуновъ измѣнилъ уже не одппъразъ; Заруцкій первый пришілъ сіорону Огрепьева; вѣрность прочихъ была не менѣе сомни- ■іельЕЯ. Ополченцы Ляпунова ненавидѣли казаковъ, которые, съ своей стороны, искали только случая къ грабежу. Полякамъ удалось возмутить донскихъ казаковъ подлолі- иымъ письмомъ Ляпунова, въ которомъ послѣдній выразился «гдѣ поймаютъ казака — бить и топить». Ляпуновъ былъ убитъ казаками. Вмѣстѣ съ нимъ погиблп его привер- женцы, и многочисленное оподченіе разсѣялось. Россія, страдавшая отъ международной войны, терпѣла еіце отъ иностраннаго іімѣшательства. Она сдѣлалась ареной, на которой боролись двѣ соперпичествовавшія дер- жавы, католическая Польша и лютеранская Швеціл. Когда Владиславъ былъ избрапъ въ русскіе цари, Швеція сочла себя оскорбленною и начала пепріязпенныя дѣй- ствія: Де-ла-Гарди занялъ прпбалтійскіе города; бояре Новгорода Великаго, подралсая Московскимъ боярамъ, предали свой городъ иноземцу. Подъ покровительствомъ Польши явились на западѣ и на югѣ два первые самозванца; теперь, подъ покровительствомъ Швеціи явился въ Псковской области третій .Іжс-Дмитрій. Кромѣ того, Марина Мни- шекъ, доставшаяся по смерти Отрепьева тушинскому вору, признала казака Заруцкаго опекуномъ своего сына.