b000000694

^^ІІ^^^^^^^^^Ш!» ш щ І' І»^ ИСТОРІЯ РОССІИ. лось, при самыхъ зловѣщихъ предзнаменованіяхъ, долговременное соперничество двухъ славянскихъ народовъ, о соединеніи которыхъ подъ однпмъ скппетромъ велись нѣкогда переговоры. Польша, управляемая орудіемъ іезуитовъ, причинила тогда Россіи громадное зло: Сигизмундъ безчестно поступалъ, поддерживая претендента, котораго зиадъ за са- мозванца; опъ нарушалъ трактаты и всѣ человѣческія права, нападая на Россію и въ то же время заявляя о своемъ ыиролюбіп; его вторженіе въ Россію переполнило чаиіу. Этотъ образъ дѣйствій долженъ былъ оставить неизгладимое впечатлѣніе въ истерзан- номъ сердцѣ Русскихъ. Сигизмундъ, начиная воину, имѣлъ цѣлью доставить русскій престолъ своему сыну и возвратить Польшѣ города, з'траченные ею въ Х7 вѣкѣ. Онъ осадилъ Смоленскъ и писалъ жителямъ этого города, что не хочетъ проливать русской крови, а, иапротивъ, желаетъ прекратить войну и готовъ представить имъ всякаго рода ручательства въ не- прикосновенности ихъ культа и льготъ. Смоленцы, зная, съ какою ревностью Сигизмундъ пресдѣдовалъ православіе въ своемъ государствѣ, отвергли всѣ его нредложенія, и вое- вода Шеинъ приготовился защищать городъ до послѣдней капли крови. Изъ лагеря подъ Смоленскомъ Сиі'измундъ велъ переговоры съ польскими воеводами, служившими подъ иачальствомъ самозванца, и упрекалъ ихъ въ томъ, что они оставили его, своего короля. Польскіе тушинцы повиновались съ сожалѣніемъ и жаловались на короля, кото- рый хотѣлъ воспользоваться плодами ихъ трудовъ; русскіе тушинцы, не знсая, что дѣ- лать, пошли вслѣдъ за союзниками и, привыкнувъ уже ко всякаго рода измѣнѣ, изъ- явили покорность и готовность признать польскаго королевича Владислава русскимъ царемъ. Во главѣ этихъ переметчиковъ стояли бояринъ Михаилъ Салтыковъ и кожев- никъ Андроновъ. Теперь у Шуйскаго было два, равно опасныхъ врага: польскій король и Лже- Дмнгрій. Послѣднему угрожало честолюбіе его царственнаго конкуррента, и онъ долженъ былъ отступить на югъ. Племянникъ царя, Скопинъ-Шуйскій, спасавшій дядю своими побѣдами и заставлявшій своимъ ласковымъ обращеніеыъ любить его, умеръ среди успѣховъ. Народъ возненавидѣлъ старика царя и да!ке обвинялъ его въ отравленіи племянника. Нѣкоторые обвиняли въ этомъ другаго дядю, честолюбиваго Дмитрія Шуйскаго Послѣдпій былъ равно нелюбимъ войскомъ и столицею; въ одной битвѣ ему измѣнили наемные полки, и это пораженіе довершило паденіе Василья. Москвитяне возстали; бояре и граждане, окончивъ совѣщаніе, объявили царю о необходимости сойти съ престола, потому что онъ, царь, служитъ причиной- къ пролитію христіанскои кі)ови, ч'ю онъ песчастливъ на тронѣ, и что города на южной границѣ отка:шваютъ ему въ повиновеніи. Василій ІІІуйскій покорился и отрекся отъ престола; вскорѣ затѣмъ его постригли въ монахи. Владиславх польскій. Поляки въ Кремлі. Всѣ должны были дать присягу въ повиновеніи боярской думѣ, которая есте- стиеино взяла на себя бремя правленія. Затѣмъ рЬшили приступить къ избранію ноиаго цпря. Было два кандидата: польскій королевичъ Владиславъ и .Лже-Дмитрій. Послѣдній очевидно былъ самозванецъ: онъ 5страшалъ высшій и средній классъ населенія и поль- зовался только прпиержениостью черни. Такъ какъ нельзя было разоыъ отдѣлаться отъ Поляковъ и тушинскаго вора, то изъ двухъ золъ выбралп меньшее. @ «Ѵ^