b000000694

гл. X. ПРОИСХОЖДЕНІЕ И НРАВЫ ІѴІОНГОЛОВЪ. 95 Битвы при Калк^, Рязани, Коломне и на Сити: заБоеваніе Россіи. Половцы, вѣковые враги русскихъ племепъ, обратились къ христіанскимъ князьямъ съ просьбою помочь имъ противъ Монголовъ и Турокъ, родственныхъ съ ними по про- исхоліденію. «Они взяли нашу землю», сказали Половцы потомкамъ св. Владиміра, «завтра возьмутъ вашу». Мстиславъ Удалой, бывшій тогда Галицкимъ ішяземъ, уговорилъ всѣхъ южно-русскихъ князей подняться противъ Татаръ: на его призывъ откликнулись его зять Данінлъ Волынскій, Мстиславъ Романовичъ Кіевскій, Олегъ Курскіп, Мстиславъ Чер- ниговскій, Владиміръ Смоленскій, Всеволодъ, прежній князь Новгородскій. Чтобы скрѣ- пить союзъ съ Русскими, половецкій ханъ Бастп принялъ православіе. Русское ополче- ніе уже достигло нижняго Днѣпра, когда явились десять татарскихъ пословъ: «Пріидо- хомъ», сказали они, «Богомъ попущени, на холопи наши и на конюси свои, на поганыя Половци, а возмите съ нами мнръ, а намъ съ вами рати нѣту». Русскіе умертвили пословъ, продолжали углубляться въ степи и встрѣтплп азіятскія орды на Калкѣ, не- большой рѣчкѣ, впадающей въ Азовское море. Въ этотъ достопамятный день русская конница отличалась такимъ-ясе безпорядкомъ и безразсуднымъ увлеченіемъ, какія обнару- жила французская кавалерія въ началѣ французско-лнглійскихъ войнъ. Мстиславъ Уда- лой, Даніилъ Галицкій и Олегъ Курскій бросились первые въ средину врага, не дож- давшись нрочихъ князей и даже не увѣдомивъ ихъ: они одни хотѣли воспользоваться всею честью побѣды. Въ срединѣ битвы Половцы, объятые паническимъ страхомъ, бро- сились на русскіе ряды и разстроиди ихъ. Поражепіе перваго отряда имѣло послѣд- ствіемъ общее пораженіе. Военаначальники ускакали на Диѣпръ. На полѣ битвы оста- лось восемь князей и семьдесятъ богатырей. Едва десятая часть русскаго войска могла спастись: одни кіевляне потеряли убитыми десять тысячъ че.товѣкъ. Однакожъ Мсти- славъ Романовичъ Кіевскій остался въ укрѣпленномъ станѣ на берегахъ Калки. Здѣсь онъ пробовалъ защищаться, хотя быдъ остлвленъ прочими союзниками. Татары предло- жили ему канитуляцію: великому князю обѣщали свободный выходъ, если онъ заплатитъ окупъ за себя и за свою друзкину. Онъ сдался, но капитуляция была нарупіена. Его дру- жина вырѣзана, самъ онъ и оба его зятя раздавлены досками. На ихъ безжизненныхъ тѣлахъ Татары праздновали свою побѣду (1224). Послѣ этого погрома, устрашившаго всю Россію, Татары повернули назадъ на Вос- токъ и скоро были забыты на Руси. Прошло тринадцать лѣтъ, въ теченіе которыхъ князья продолжали свои нескончаемые споры. Сѣверо-восі очные князья не подали помощи Днѣпровской Руси: быть-можетъ, великій князь Юрій П Суздальскій радовался уничиже- нію кіевлянъ и галичанъ. О Монголахъ забыли; однакожъ лѣтописи того времени полны мрачныхъ предвѣщаній: среди неурожаевъ, голода, заразительныхъ болѣзней, пожаровъ и всякаго рода бѣдствій замѣтили комету 1224 г., землетрясеніе и солнечное затмѣніе 1230 г. Татары довершили покореніе Китая; потомъ одинъ изъ сыновей Чингисъ-хана, Угедей или Октай, признанный великимъ ханомъ Монголовъ, послалъ своего племян- ника Батыя (Вату) на завоеваніе западныхъ странъ. Какъ въ 1224 г. отступленіе По- ловцевъ возвѣстило вторженіе Татаръ, такъ точно отступленіе кочевниковъ, родственпыхъ съ Киргизами и бѣжавшихъ въ землю волжскихъ Болгаръ, служило предвѣстникомъ 12*