b000000694

г л. VIII. РУССКІЯ РЕСПУБЛИКИ. данъ: «Новгород скія лѣтописп», говорить г. Бестужевъ-Рюмпнъ, «представляютъ ярко торговый дѣловой характеръ Новгорода: онѣ кратки, немногословны, но съ тѣмъ вмѣ- стЬ объемлютъ всю жп,знь не только князей и бояръ да духовенства, по кс(>го го2)оіі,а» ІКитія святыхъ представляютъ житіе новгородскпхъ святыхъ. Разска-іанныи въ пихъ чудеса пмѣютъ цѣлью прославить городъ. Разсказывается, напр., что Спасатель явился иконописцамъ, которымъ было поручено написать его образъ вь куполЬ св. Софіи, и сказалъ имъ: «Писари, писарп, о писари! не пишите меня благосдовящею рукою, азъ бо въ сей руцѣ моей сей Великій-Новгородъ держу; а когда сія рука моя расиро- сіранится, тогда будетъ граду сему скопчаніе». Распространили разсказъ о напическомъ страхѣ, объявшемъ воиповъ Андрея Боголюбскаго, изъ которыхъ одинь уязвплъ стрѣ- лою образъ Богородицы. Новгородъ имѣегъ свой собственный циклъ эпичоскихъ иѣсенъ былинъ. Ихъ герои — не богатыри кіевской эпопеи. Во - первыхъ, Васька Буслаевъ удалой бояринъ, который съ своею вѣрною дружиною сопротивляется па мосту, стол по колѣии въ крови, ВСІІИЪ нозгородскимъ мулшкамъ, которыхъ вызвалъ па бой. Онъ настоящій тинъ тѣхъ гордыхъ удальцовъ, которые пе разбираютъ пи своихъ, пи чузкпхъ^ истинный новгородскій олнгаізхъ, герой усобицы. Еще популярнѣе Садко, богатый ку- пецъ, родъ новгородскаго Улисса или Синдбада-морехода, достойный представитель торговаго и удалаго народа, отправляющиеся искать счастья на морѣ. Поднимается буря; бросаютъ жребій, кого ирпнесть въ лсертву разгнѣваинымъ богамъ. Товарищи Садки бросаютъ на воду желѣзныл палочки. Садко деревянную; о, чудо! жедѣзныя налочкп плаваютъ, деревянная тонетъ. Садко повинуется судьбѣ и кидается въ море; его приипмастъ въ своихъ иалатахъ Морской царь, подвергаетъ разнымъ испытапіямъ и хочетъ женить на своей дочери. Потомъ Садко вдругъ ионадаетъ на берегъ, съ по-, смѣтнымъ богатствомъ. Но что оно зиачитъ въ сравненіп съ богатствомъ Новгорода? «Не я, вндио, купецъ богаіь новгородскіГг, Побогаче меня сіавпый Иовгородь!» ПскоБЪ 2 Вятка. Самымъ значительнымъ изъ новгородскпхъ пригород овъ былъ Псковъ: на мысу, при сліяніи рѣкъ Псковы и Великой, возвышается его кремль съ обвалившимися стѣ. нами, съ разрушенными» башнями и воротами. Эти стѣны, нѣкогда знаменитый, пред- ставляютъ нынѣ кучи мусора, и уличные мальчишки забавляются, сбрасывая съ нихъ камешки въ Пскову и пугая тѣмъ ирачекъ. Отъ прелсняго блеска уцѣлѣла въ концѣ кремля только соборная церковь во имя Троицы, въ которой почиваютъ въ металличе- скихъ ракахъ бренные останки любимѣйшихъ князей: Всеволода-Гавріила, Литовца Довмонта, обратившагося въ христіанство и защищавшаго въ ХПІ вѣкѣ Псковскую рес- публику противъ своихъ соотечественнпковъ Такъ какъ въ этомъ древнемъ городѣ со- хранилось много церквей п монастырей, то онъ иредставляетъ издали величественный видъ, и, въ праздничные дни этотъ мертвый городъ словно оживастъ при звонѣ без- численныхъ колоколовъ, которые гудятъ съ такою же торжественностью, съ какою гу- дѣли во дни минувшей его славы.