b000000684

независимости? избавь нас боже участи несчастной Франции!» (стр. 39—40). От войн 1805 гола до торгового договора 1816 года исто- рик ісльцпит выстрелы, видит тцяш сражеийя. Когда рассеиваетіся дым, то мы видам уіже нюівіую страну, новый город. Выгодный для Англии торговый догоівоір теснит и фабрику и ремесло. Этот тариф сменяется потом, но дело не в тарифе. И городской житель, купеіі и мещанин, іа начале XIX івека научился снимать шляпу и уступать дорогу, если не дворянину Василию Левшину, то ^ш«ов»ику. о ТОМ, КАК СОБИРАЛИСЬ ШИТЬ МУЖИКУ КАФТАН ПЕРЕД САМОЙ ПУГАЧЕВЩИНОЙ , Все те условия, о которых я говорил, на литературе «епо- оредственно, мне кажется, не отражались. Они ее обусловливали, но связь их с нею была прерывиста и скачкообразіна. Закон эікономсики иногда проявляется так, как законы тя- готения іП)роявляютіся в падвяии потоліка на Роілов>у владельца. В том, чтобы потолок был крепок, заинтересованы многие. Го- сударство является одним из средств укрепления. В екатерининской России потоліки наівисали весьма сильно. И как будто наімечалось два пути. Либо путь кірушения, путь перестройки всей жизни, тот путь, к которому шла Франция. Либо путь цруссійий, с оокранйнием дворянства. Пруісское и французское влияния боролись, сталкивались. Линия Петра III, Паівла, Вольного акоиомичеокого обще- ства, Болотова, Левшияа были вехами прусского типа. Напряжение было чрезвычайно велико. Ощущались мо- менты, когда казалось, что руководящей фигурой в стране станет «кулак». Уже появилось предчувствие, что те экономи- ческие предпосылки, которые валожены во вваіимоотношеяии классовых группировок, будут реализованы государственным строем. И вот в это время в журнале «Всякая всячина» (1769), который выіходил под негласньпд ріукюводютівом самой импе- ратрицы, женщины хитрой, беспокойной и лавирующей, в этом журнаіле пояівилась оказиа о мужике и его кафтане. 38