b000000684

в городе Петербурге языком высшего общества, языкам Онегина — был язык аірх»виого юноши, прквилщгированиаго чиніавіника. Гоголь же заикался голосом чиіновника-беідіняка. И перебивал эту речь «'великолепной», «громкой» прозой. У Гоголя мы видим высокую линию, с ее опіріэдѳленкой лекоической подчерікнуто высожой оіирашіеіннюстью, с огареде- леніным словарем, синтажсиоом, и рядюм с «ей другую — заикающуюся, подчеркнуто рваілистичіаскую, бытовым оібраізо^м окрапгеияую речь. Итак, две язьжоізые линии, раэно ироиошадшие, ов€де.нные в одно художествениое произведение, ощущаются как жанр. Это путь Державина, Гоіголя, Маякавского'. Вероятно, генетически здесь мы имеем результат сложения новой классоіВой группироів,ми. И авоео&разіного перессмьгсли- ваіния «ю литературного наследства. Не нужіно думать, что XIX век в том толковании «го, ко- торое я предлагаю, является каким-то тупиком, каиим-то коаі- цом. ТііК в истории не, бывает. Расиадение одной литературиой формы является становле- нием другой литяеіратуріной фоірмы. Язык, распадаясь сам, со- здэЕТ яругой. Здесь нет остаиовож, и «аждгя івещь содоржит в себе собственное отрит^ание. Может быть, поэтому в лите- ратуре так резки отюавы от наследств. В XIX !зе;ке, в его начале, мы івидим все элементы упадка- Элементы выпадения Росоии из числа руководящих держав, потерю «ю ведущей роли :в міиіроівой экіаітамике. - Рогсия становится колониальной страной; Она огражда- ется , от других страін пошлинами. Она сопротивляется, по- сколвку может. «Полотняный завод» Гон^чарова стал исего толыко иміе- Ніием. ■ Но одновременно на нривозном хлопке, на привозной пря- же создалась русская новая текстильная промышленность. Пюіяйились новыіе стимулы для движения иа Востокг Но это движение, которое первоначально обозначало от- каз от активной политики на западной границе, в конце кон- цов привело нас к военному столкновению с Европой. Степи НоБороссни, новью латифундии, пш«нИца по-твОму 247