b000000684

свете принадлежать он будет, на десную ли, или на ошуюю) При том твердо знал, в которой шапке и сам сатана сидит, и которой бегает. Он был крайне набожен, и в великую пятницу ни сам не ел, ни учеников не кормил, повелевая питатися словесы его духовными, и от чрезмерного поста весьма похоііил на образ благоразумного разбойника. Сверьх того, гражданству своему показал разные услуги, будучи не малое время со всеми домочадцы своими судьею; а хотя ненавистники его и утверждали, что в тогдашнее время городом, как и самим им правительствовала жена его, будучи женщина умная, по тому что была дородная; однако он в том никогда не признавался; из чего довольно кажется мне, чтоб не верить таким вракам. Он ездил в Немецкую землю, был во всех городах Рос- сийской Империи. Одним словом: он был везде, выключая только, что не бывал никогда в церкви, до которой он на двадцать шагов не дохаживал. Причины имел он на то весьма важные и основательные, а именно: что образа мучениц очень прелестны и прочив лица Святых не темны пишутся. Он имел при том особливую нужду в церковном уставе, чтоб сделать некоторые поправки; но как ему в том отказали, то он восплакавши горько, и взвыв аки лев, отшел в Аввакумовский скит, и оттуда три года не выходил, опасаясь, чтоб не соблазниться; и будучи тамо ловцом подобных себе душ, а паче в коих надеялся получить под видом в скит вкладу великое богатство, отправлял их на тот свет огнем, и сидя тамо, псалтирь следованную нового издания перечертил и переправил. Он был весьма красноречив, и ничего не рассказывал не зачавши речи со времен Царя Давида, или по крайней мере от ккязя Владимера. Произношение речей имел важное и уверительное, и к каждому слову последовала не большая усмешка наполненная духа премудрости. Одним словом: он так красноречив' был, что во всю свою похвальную жизнь ни одного человека не нашел, который бы мог столько слушать, сколько он мог говорить; и сие приписывал он недостатку разума слушателей, которые так не тер- пеливы были, что думали будто бы толь важную материю, как например. буянской поаіар в десятеро суток переговорить, изъяснить, и повторить можно было. Что до образа его касается, с которого в Брынске недавно список явился, оный был весьма миловиден, и похвальная привычка улы- баться при всяком слове делала его тем приятнейшим: усы его были весьма умильные, а именно: смесь из гусарских и Калмыцких, чрез что доказывалась храбрость его в духовных прениях. На правой стороне две- надцать волосов отборных лежали весьма нежно волос к волосу. На левой стороне двадцать четыре, в знак премудрости; и так было все на нем в пропорции. Кафтан носил всегда коришневого цвету, в знак смире- номудрия, о котором заподлинно уверял он, что сделан был из того сукна, которое коню князя Рюрика в походе его против не верных Ага« 133