b000000678

^ ■ — 326— _ "^ г дѣлѣ, вѣруя въ лпчнаго всемогущаго Бога, предъ которымъ вся- кій шагъ нашъ имѣетъ нравственное значеніе, и который при- томъ столько возлюбилъ человѣка, что для него самъ сталъ че- ловѣкоыъ, — вѣруя въ такого Бога нельзя конечно ограничиться въ отношеніи къ нему какими нибудь общими и легкими обязан- ностями. Надо всякій часъ ирпносить ему жертвы, надо ежеми- нутно бороться съ собою, надо подавить въ себѣ страсти, надо слѣднть за каждымъ свопмъ помысломъ, чтобы хотя сколько нн- будь оказаться достойнымъ той безграничной любви Божіей къ намъ грѣшнымъ, ради которой самъ сынъ Божій себе умплилъ, зракъ раба пріимъ^ въ подобіи человѣчестѣмъ бывъ^ и обра- зом» обрѣтеся яко же человѣкъ (Фил. II, 7). А это-то паче всего и не нравится нынѣшнимъ чувственнымъ людямъ. Въ сво- емъ осіѣпленіи они вовсе не подмѣчаютъ, что всѣ нынѣшнія остроумный и оригинальныя теоріи о Богѣ и мірѣ, которыми они восхищаются какъ высшею мудростію, потому собственно кажут- ся такими хорошими, что даютъ полную свободу и раздолье грѣ- холюбивому и растлѣнному сердцу человѣческому, по секретному заказу котораго можетъ быть и измышлены этп теоріи. Въ са- момъ дѣлѣ, если Сынъ Божій не приходплъ на землю п не во- площался, если даже не нужно было воилощеніе Сына Божія, какъ думаютъ сіи нечестивцы, — если всѣ мы не болѣе, какъ случайный обнаруженія всеобщей матеріп, и при смерти сливаем- ся съ общею жизнію вселенной, все равно что тѣ пузырьки на водѣ, которые мгновенно появляются и мгновенно пропадаютъ: то какъ беззаботно, съ какпмъ просторомъ можно проявить на свѣтѣ, не тревожа ребя никакпмп тяягелыми мыслями о жертвѣ принесенной Сыномъ Божіпмъ за родъ человѣческій, о всемірномъ судѣ, для котораго придетъ на землю во второй разъ тотъ же вочеловѣчпвшійся Сынъ Бояіій, но уже не въ унпженномъ видѣ, а грознымъ праведнымъ судіею! А между тѣмъ для успокоенія своей совѣсти съ какимъ все-таки жаромъ и энтузіазмомъ можно разсуяідать о добродѣтели вообще, о долгѣ, о чедовѣческомъ до- стоин ствѣ и проч.... И совѣсть покойна, и иа душѣ нѣтъ ника- кихъ тревогъ и опасепій! Такъ обмапываютъ себя эти люди, гла- голющіися быти мудрыми!,.. А духъ вѣка, насквозь пропитанный