b000000662

Именно с этого времени и начинается все возрастающее влияние западпо- европейокой гравюры на живопись древней Руси. Однако композиция Золотой палаты в делом, равно как и ее отдельные образы, могла, конечно, быть и плодом самобытной фантазии русских мастеров. Во всяком случае Висковатый имел все основания роптать на противное обычаю и старине «мудрование» изогра(}|ов. Новым был уже самый дух схоластического «рационализма», глу- боко проникавший композицию. Последняя обращалась к интеллекту зрителя, приглашая его углубиться в стройную систему мироздания, предначертанную волей небесного царя, где все течетпо ясно определенным орбитам, являя собой величественное зрелище деятельного и упорядоченного макрокосма. Но наряду с пафосом схоластического «миропознания», который нашел свое яркое выраже- ние в картине, композиция отражала также характерную іля ХѴТ века тягу художников к колоссальному, сверхличпому, а также идею тотального «порядка», основанного на принципах единовластия, — идею, которой в росписи Золотой палаты придавались космические очертания. Тем самым символяко-а.ілегори- ческая композиция как бы идейно венчала собой всю роспись грозненских палат, усугубляя ее подчеркнуто программный характер. В типологической близости к стенописям Золотой палаты находилась, оче- виіпо, и живопись Грановитой палаты, которая в конце XVI века, в царство- ванне царя Фотора Ивановича, была украшена бытейским письмом, возобновлена при Алексее Михайловиче и в 1672 году таклсе весьма подробно описана Симо- ном Ушаковым. В начале ХѴТІ века ее видел поляк Маскевич, сообщающий об этом в своих записках. Как и в Золотой палате, здесь большое внимание было уделено сюжетам из ветхого завета (битва Давида с Голиафом, Иисус Навин готовится к сражению, история Иосифа и др.), притчам, а также эпи- зодам и отдельным образам из русской истории. Например, здесь была изо- бражеіга сложившаяся па Р}сп в XVI веке легендарная генеалогия Рворика, согласно которой русские князья вели свой род пепосредствснио от римского императора Августа. Последний, как гласило сказание, будучи в преклонных .іетах, разде.іпл все.іеипую между своими братьямп и сроіігиками, ігричем братм своего Пруса посадил на реку Пемаіг, что п доныне зовется по его имени Прусской зем.іей, «а от Пруса четырнадцатое колено — великий госуіарь Рюрик» '". Стенопись Грановитой ігалаты изображала, как Август кесарь де.шт вселеннукі и брата своего Пруса ставігт властодержателем восточных областей империи. Далее было изображено, как ве.іикий князь киевский Владимир распре іе.тяет города между двенадцатью свонмп сыновьями, а также (как и в Зо.іотой палате) коронование ВлащмираМотіомаха венцом византийского императора. Изображены и отдельные фигуры великих кпячей и царей русских, начиная с Рюрика и кончая царем Федором Ивановичем и правителем Борисом Годуновым. В по- сле тем с.іучае перет нами, видимо, один из ранних опытов древнерусской портретной живописи. Тему справедливого монарха развивала иритча о мече отмщения, гіе, межд} прочим, изображалось, как вельможи «крамо.тятся» перед лицом царя, сиіящего на троне. В п.іане оживленных жанровых сценок была изображена притча о неправедном сѵдье (например, сиена пира с участием музыкантов, играющих па домре, і'услях, скрипке, свирели и волынке); здесь же можно было видеть фигуру беса и ад под ногами неправедного судьи. Наконец, космогонические мотивы были развиты в обширной композиции, изображавшей інп творения и историю первых лютей. Значение росписей Золотой палаты в истории русской монументальной живописи XVI века весьма велико, поскольку, видимо, именно в них впервые с такой полнотой раскрылась новая концепция искусства, связанная с эпохой Грозного и подготовлявшаяся на протяжении ряда десятилетий. Впрочем, об эволюции русской фрески первой половины XVI века мы в настоящее время «8