b000000635

ЗНАЧЕН ІЕ ИСТ0Р1Я РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. К ОЛЬЦОВА. спустя, въ Овтябрѣ 1842, Еоіьцовъ скон- чался па тридцать-четвертомъ году! Кольцовъ не много успѣлъ наппсать при I жизни; изъ этого немногаго, почти псе, что было имъ написано до 1830 года, очень несовершенно, слабо и несамостоятельно. Лучишмт. періодомъ его литературной дѣя- тельностп было время отъ 1834— по 1842 г.; вт. этоыъ иеріодѣ опт. самъ указывадъ на 1838 годъ, какъ на одинъ изъ самыхъ нло- довитыхт. и притомъ па такоп, въ теченіе котораго были имъ наппсаны лучшія про- пзведепія его. Бее, что есть лучшаго у Коль- цова, иринадлежитъ въ совершенно особому роду, который только при немъ и явился у насъ въ литературѣ, только при немъ ио- лучилъ и значепіе:— это пѣсня, народная нѣ- сня, со всею своею сжатостью, со всею си- лою и выразительностью богатаго языка, и притомъ облеченная вт. высоко-художествеп- I нуіо форму. Обаяніе народности, производи- мое иѣсней Кольцова, такъ велико, что ее. почти невозможно читать — ее хочется иѣть. Обаяніе это на столько сильно, что даже странный размѣръ пѣсенъ Кольцова, вовсе несвойственный произведеніямъ народной иоэзіп, иенарушаетъ общей гармоніп иро- пзводпыаго ими впечатлѣнія. И что всего важпѣе — такія пьесы, какъ «Лѣсъ», ІІѣсни Лихача Кудряаича, Измѣна Суженой, Косарь, Раздумье Селянина, пѣснь Пахаря, Хуторокъ п т. п. — пе только принадлежать къ числу самыхъ замѣчательныхъ ироизведеніі рус- і ской лирики вообще: — онѣ сверхъ того, явля- ются еще ироизведешями, важными въ отпо- шеніп историческом'!., какъ иервыя попытки связать въ одно органическое цѣлое нашу искусственную литературу и неистощимо богатую безъискуственную поэзію народа. ЙЗЪ СОЧЙНЕІ ДОЛЯ Б- У чужихъ людей Горекъ бѣлый хлѣбъ, Брага хмѣльная — Не разымчива. Рѣчп вольныя — Все какъ связаны; Чувства жаркія Мрутъ безъ отзыва... Изъ души-ль порой, Радость вырвется — 658 Съ этой стороны, ирекрасныя иѣсни Коль- цова особенно много говорятъ сердцу каж- даго русскаго человѣка. Въ заключеніе этой послѣдней главы, мы пе можемъ отказать себѣ въ удовольствіи прнвесть здѣсь тотъ справедливый и орпги- нальный отзывъ о иѣсняхъ Кольцова, кото- рый еще недавно былъ высказанъ одпимъ изъ наиболѣе безиристрастныхъ почитателей па- мяти воропежскаго поэта: ... «Чтобы ни говорили о нестарѣющейся ікивучестирусской простонародной нѣсни, но она видимо дряхлѣеіъ и доживаетъ свой по- слѣдиій вѣкъ. Съ новою жизиію, которая ждетънародъ впереди, явится потребность въ новой иоэзіи, потому что старая уже нпка- кпмъ образомъ не будетъ удовлетворять его: никакія симиатіи современной науки, ни- какія реставраціи будущихъ архологовъ не сиасутъ отъ смерти теперешнюю народную иѣсню. По вѣчпому закону, присущему че- ловѣческой прнродѣ, не смотря ни на какіе успѣхи цивилизаціи— во имякоторыхъ въ на- стоящее время все изящное и поэтическое считается побрякушками, и самая цивили- зація ограничивается единственно мате- рья.іыіымъ довольствомъ, — поэзія и другія изящныя искусства будутъ тѣмъ нужиѣе, тѣмъ необходимѣе, чѣмъ болѣе распростра- нять въмассахъ это довольство... На массы же, на весь народъ, всего могущественнѣе дѣй- ствуетъиѣсня...Свѣтлый образъ поэта просто- народнаго, иоэта-иѣсенника — явился намъ впервые въ Кольцовѣ. Чтобы ни случилось, какая бы ломка идей и взглядовъ на просто- народность ни произошла, какія бы требо- ванія эта иослѣдняя ни заявила,— настанетъ время, когда русскій ноэтъ многому долженъ будетъ поучиться у воропежскаго прасола. Ш КОЛЬЦОВА. КА. Злой насмѣшкою Вмигъ отравится. И бѣлъ-ясенъ день Затуманится; Грустью черною Міръ одѣнется. И сидишь-глядпшь, Улыбаючись; А въ душѣ клянешь Долю горькую.