b000000635

СОЧИНЕНІЯ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. лермонтов а. ЙЗЪ СОЧЙШ д у Печально я гляжу на наше поколѣнье! Его грядущее — иль пусто, пль темно; Межь тѣиъ, подъ бременемъ познанья п сомнѣнья, ■Въ бездѣйствіи состарится оно. Богаты мы, едва изъ колыбели, Ошибками отцовъ и позднимъ ихъ умомь, И жизнь ужь насъ томить, какъ ровный путь безъ цѣлп, Какъ пиръ на иразднпкѣ чужомъ. Къ добру н злу постыдно равнодушны, Въ началѣ понрпща мы вянемъ безъ борьбы, Передъ опасностью позорно малодушны, II передъ властію презрѣнные рабы... Такъ тощій плодъ, до времени созрѣлын Ни вкуса нашего не радуя, ни глазъ, Вііситъ между цвѣтовъ, пряшлецъ осиротѣлыіі, И часъ ихъ красоты — его паденья часъ! Мы изсушили умъ наукою безплодной. Тая завистливо отъ ближнихъ и друзей Наделіды лучшія и голосъ благородный Иевѣріемъ осмѣянныхъ страстей; Едва касались мы до чаши наслажденья. Но юныхъ силъ мы тѣмъ не сберегли; Й ЛЕРМОНТОВА м а. Изъ калідой радости, бояся преСыщенья Мы лучшій сокъ на вѣки извлекли. Мечты поэзіи, созданія искусства Вооторгомъ сладостнымъ нашъ умъ не шевелятъ. Мы жадно бережемъ въ груди остатокъ чувства. Зарытый скупостью и безполезный кладъ. И ненавидпиъ мы, п любимъ мы случайно Ничѣмъ не жертвуя ни злобѣ, ни любви, И царствуетъ въ душѣ какой-то холодъ тайный, Еогда огонь кинитъ въ крови. И иредковъ скучны намъ роскошный забавы, Ихъ легкомысленный, ребяческій развратъ; И къ гробу мы спѣшимъ безъ счастья и безъ славы. Глядя насмѣшлпво назадь. Толпой угрюмою и скоро позабытой Надъ міромъ мы пройдемъ безъ шума и слѣда, Не бросивши вѣкамъ ни мысли плодовитой. Ни геніемъ начатаго труда. И прахъ нашъ съ строгостью судьи л граж- данина Потомокъ оскорбить презритедыіымъ стихомъ: Насмѣшкой горькою обманутого сына Надъ промотавшимся отцомъ. НЕ В-ЬРЬ СЕБ-Ё . Не вѣрь, не вѣрь себѣ, мечтатель молодой, Какъ язвы бойся вдохновенья... Оно — тяжелый бредъ души твоей больной, Иль плѣнной мысли раздраженье. Въ немъ признака небесъ напрасно не ищи; То кровь кипитъ, то силъ избытокъ! Скорѣе жизнь свою въ заботах* истощи. Разлей отравленный напитокъ! Случится ли теб'Ь въ завѣтный, чудный мнгъ Открыть въ душѣ давно безмолвной Еще невѣдомый н дѣвственный родникъ Простыхъ и сладкихъ звуковъ полный, — Ие вслушивайся въ нихъ, не предавайся ішъ, Набрось на нихъ іюкровъ забвенья; Стихомъ размѣреппымъ и словомъ ледянымъ Не передашь ты ихъ значенья. Закрадется-ль печаль въ тайникъ души твоей Зайдетъ-ли страсть съ грозой и вьюгой — Не выходи тогда на шумный пиръ людей, Съ своею бѣшеной подругой. • Не унижай себя. Стыдися торговать То гнѣвомъ, то тоской послушной, И гной душевныхъ ранъ надменно выставлять На диво черни простодушной. Какое дѣло намъ, страдалъ ты, пли нѣтъ, На что намъ знать твои волненья, Надежды глупыя первоначалыіыхъ ліітъ, Разсудка злыя сожалѣнья? Взгляни: передъ тобой играючи идетъ Толпа дорогою привычной; На лицахъ праздничпыхъ чуть віідѣнъ слѣдъ заботъ, Слезы не встрѣтишь неприличной. А между тѣиъ изъ нихъ едва-ли есть одинъ, Тяжелой пыткой непзмятый. До иреждевременныхъ добравшійся морщинъ Безъ преступленья иль утраты!... Новѣрь: для нихъ смѣшонъ твой плачъ и твой укоръ, Съ своимъ папѣвомъ заученнымъ, Какъ разрумяненный трагическш актеръ, Махающій мечемъ картоннымъ. 609