b000000635

С0ЧИНЕН1Я ИСТОРІЯ РУССКОЙ 1ИТЕГАТУРЫ. ПУШКИН А. Ядъ капдетъ сквозь его кору, Къ полудню растопись отъ зною, И застываетъ ввечеру ^ І^Гусхой, прозрачною смолою. Къ неиу и итпца не летитъ, II тнгръ нейдетъ, лишь вихорь черный Па древо смерти наоѣжитъ — И мчится прочь уже тлетворный. И соли туча ороситъ, Блуждая, лпстъ его дреиучій, Съ его вѣтвей ужъ ядовиъ Стекаетъ дождь въ песокъ горючій. Но человѣка человѣкъ Послалъ къ Анчару властнымъ взглядомъ: И тотъ послушно въ путь потекъ, И къ утру возвратился съ ядомъ. Принесъ — и ослаоѣлъ, а легъ Подъ сводомъ шалаша, на лыкп, II умеръ бѣдный рабъ у ногъ Неиобѣдпмаго владыки. А князь тѣнъ ядомъ напиталъ Свои Еослушлиоыя стрѣлы, II съ ними гибель разослалъ Къ сосѣдямъ, въ чуждые прсдѣлы. 9-го Ноября 1828 г. Деревня Малинники. Когда за городомъ задумчивъ я брожу И на публичное кладбище захожу — Рѣшетки, столбикп, нарядныя гробницы, Подъ коими гніютъ всѣ мертвецы столицы, Въ болотѣ кое-какъ стѣснепные кругомъ, Какъ гости жадные за пищенскимъ столомъ; Изъ VI главы I (ПОЕДИНОКЪ ЛЕНСКАГО съ XXVI. Опершись на плотину, Ленскій Давно петерпѣливо нідалъ; Межъ тѣмъ, механикъ деревенскій, Зарѣцкій жорновъ осуяідалъ. ІІдетъ Онѣгпнъ съ извиненьемъ. «Но гдѣ-же», молвилъ съ изумленьемъ Зарѣцкій — «гдѣ вашъ секупдантъ?> Въ дуэляхъ классикъ п педантъ, Любплъ методу онъ изъ чувства, И человѣка растянуть Онъ иозволялъ не какъ-нибудь, Но въ строгихъ нравилахъ искусства, По всѣмъ преданьямъ старины (Что похвалить мы въ немъ доляшы). Куицовъ, чиновниковъ усоишихъ Мавзолеи, (Дешеваго рѣзца иелѣпыя затѣн!) Падъ ними надписи и въ ирозѣ, и въ стихахъ О добродЬтеляхъ, о службѣ, о чинахъ; По старомъ рогачѣ вдовицы плачь амурный, Ворами со столбовъ отвинченный урны, Могмы склизкія, зѣвающія тутъ, Который жильцовъ къ себѣ па утро ждутъ — Такія смутный мнѣ мысли все наводитъ. Что злое на меня уныніе иаходитъ. Хоть плюнуть да бѣжать По какъ Н!е любо мнѣ Осеннею порой, въ вечерней тишипѣ Въ деревнѣ носѣщать кладбище родовое, Гдѣ дреилютъ мертвые въ торжественномъ покоѣ. Тамъ неукрашенныиъ иогидамъ есть нросторъ! Къ нимъ ночью темною не лѣзетъ блѣдный воръ. Близь камней вѣковыхъ, нокрытыхъ желтыиъ мохомъ, Проходптъ селяпинъ съ молитвой и со вздохомъ. Па мѣсто праздныхъ урнъ и мелкпхъ пирамидъ, Безносыхъ гепіевъ, растрепапныхъ харнтъ. Стоить широкій дубъ надъ важными гробами, Колеблясь и шумя 1і-го Марта 1836 і. Каменный Островъ . нія Онегина. ОН^ГННЫМЪ И ЗАКЛЮЧЕНІЕ.) XXVII. «Мой секундантъ?» сказалъ Евгеній: «Вотъ онъ: мой другъ, топвіеиг в-иіііоі. Я не предвижу возражеиій, На представлепіе мое; Хоть человѣкъ онъ иеизвѣстный, По, ужь конечно, малый честный». Зарѣцкій губу закусилъ. Оаѣгинъ Ленскаго сиросилъ; «Что-жъ, начинать?» — «Начнемъ пожалуй», Сказалъ Владиміръ. И пошли За мельницу. Пока въ дали Зарѣцкій нашъ п честный малый Вступали въ важный договоръ. Враги стоятъ іютупя взоръ. 559