b000000635

СОЧИНЕНІЯ Здѣоь, ожививъ тобой мечты воображенья, Я повториіъ твои, Овидій, пѣснвиѣнья, И ихъ печальныя картины иовѣрядъ. Но взоръ обманутымъ мечтаньямъ измѣнаіъ. Изгнаніе твое піѣнядо втайнѣ очи, Привыкшія къ снѣгаыъ угрюмой полуночи. Здѣсь кротко царствуетъ жестокость зймнихъ Оурь. На Скиѳскихъ берегахъ переселенецъ новый, Сынъ юга, внноградъ блистаетъ пурпуровый. Ужь пасмурный Декабрь на Русскіе луі'а Слоями разстилалъ пушистые снѣга Зима дышала тамъ, а съ вешней теплотою Здѣсь солнце ясное катилось надо мною; Младою зеленью пестрѣлъ увадшій лучь; Свободный поля взрывалъ ужь ранній цлугъ; Чуть вѣялъ вѣтерокъ, нодъ вечеръ холодѣя; Едва прозрачный ледъ, надъ озеромъ тускнѣя, Кристалломъ иокрывалъ недвижныя струи. Я вспомнилъ опыты неоиѣлые твои. Сей день, замѣченный крылатыиъ вдохно- веньемъ. Когда ты въ первый разъ ввѣрялъ съ недо- умѣньеиъ Шаги свои волнаиъ, окованнымъ зимой: И но льду новому, казалось, предо мной Скользила тѣнь твоя, а жалобные звуки Неслися издали, какъ томный стонъ разлуки. Утѣшься: не увялъ Овидіевъ вѣнецъ! Увы, среди толпы затерянный пѣвецъ, Безвѣстенъ буду я для новыхъ поколѣшй И, ліертва темная, уиретъ мой слабый геній Съ печальной жизиію, съ минутою молвой!... Но если обо мнѣ потомокъ поздній мой Узнавъ, прійдетъ искать въ странѣ сей отдаленной Близь праха славнаго мой слѣдъ уединенной, Бреговъ забвенія оставя хладну сѣнь, Еъ нему слетитъ моя признательная тѣнь, И будетъ мило мнѣ его воспоминанье. Да сохранится же завѣтное — преданье! Какъ ты, враждующей покорствуя судьбѣ. Не славой — участью я равенъ быль тебѣ, Здѣсь, лирой сѣверной пустыни оглашая, Скитался я въ тѣ дни, какъ на брега Дуная Великодушный Грекъ свободу вызывалъ, И ни единый другъ мнѣ въ мірѣ не внииалъ; Но чуждые холмы, ноля и рощи сонны, И Музы мирныа мнѣ были благосклонны. КАПРИЗ Тэ. Румяный критикъ мой, насмѣшшшъ толстопузой. Готовый вѣкъ трунить надъ нашей томной Музой, Ноди-ка ты сюда, присядь-ка ты со мной, Попробуй, сладимъ мы съ проклятою хандрой. Что-жъ ты нахмурился? Нельзя-ли блажъ оставить, И нѣсенкою насъ веселой позабавить? Смотри, какой здѣсь видъ! Избушекъ рядъ убогій, За ними черноземъ; равнины скатъ отлогіи, Надъ ними сѣрыхъ тучъ густая полоса. Гдѣ-жъ нивы свѣтлыя? гдѣ темныя лѣса? Гдѣ рѣчка? На дворѣ у низкаго забора Два бѣдныхъ деревца стоятъ въ отраду взора. Два только деревца, и то изъ иихъ одно Дождливой осенью совсѣиъ обнажено, А листья на другомъ размокли и, желтѣя, Чтобь лужу засорить, ждутъ перваго Борея, И только. На дворѣ живой собаки нѣтъ. Вотъ, правда, мужичекъ; за нимъ двѣ бабы в слѣдъ. Безъ шапки оиъ, несетъ нодъ мышкой гробь ребенка, И кличетъ изъ дали лѣниваго попёнка, Чтобъ тотъ отца позвалъ, да церковь отворилъ; Скорѣй, ждать некогда, давно-бъ ужь схороннлъ! 1-ю Октября 1830. Болдино. ПОЭТУ. (Сонетъ.) Ноатъ, не дорожи любовію народной! Восторженныхъ похвалъ пройдетъ минутпыйшумъ, Услышишь судъ глупца и смѣхъ толпы холодной; Но ты останься твердъ, спокоенъ и угрюмъ. Ты царь: живи одипъ. Дорогою свободной Иди, куда влечетъ тебя свободный умъ. Усовершенствуя плоды любииыхъ думъ. Не требуя наградъ за подвигъ благородный. 657