b000000635

БАТЮШКОВЪ ИСТОРІЯ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. ІГЬ ІІАРИЖѢ. Лейпцигомъ былъубнтъ лучшіи другъ его, пол- ковиикъ П'етинъ , котораго опъ такъ часто вспоминаѳтъ въ свонхъ стихахъ ')••• И во вре- мя этой шумной, безпокойиой военной жизни, которую такъ любилъ Батюшковъ, мы опять застаемъ его за книгами, за работой надъ по- полненіемъ своего образоваиія. «Знаешь -л и новую страсть мою, — нѣмецкій языкъ»;— пи- шетъ Батюшковъ изъ Веймара сестрѣ своей въ вологодскую губериію — «я нынѣ живучи въ Гермаиіи, выучился говорить по иѣмецкя, и читаю все иѣмецкія книги. Не удивляйся тому; Веймаръ есть отчизна Гёте, сочинителя Вертера , славнаго Шиллера и Виланда*. Вмѣстѣ съ русской арміей Батюшковъ всту- шиъ въ Парпжъ, и жилъ тамъ довольно дол- го. Дошедшія до насъ письма его, пнсашшя изъ Парижа, указываютъ на то, что и Батюш- ковъ наравнѣ со множествомъ современни- ковъ свопхъ, рѣшительно иотерялъ голову въ чаду упоенія той славой, которая такъ изо- бильно увѣнчала лаврами наше оружіе, и тою рыцарскою, безкорыстною борьбою за свободу Европы, которую ыы такъ твердо вынесли. Видно, что Батюшковъ и въ это время все еще продолжал® жить однимъ только на- стоящнмъ, не задумываясь о заврашнемъ днѣ, да къ тому же и очень легко ириходилъ въ восторгъ: ...«Я часто съ удовольствіемъ смотрю»— пи- шетъ онъ изъ Парижа Дашкову— «какъ наши казаки безпечно проѣзжаютъ черезъ Ауетер- лицкій мостъ, любуясь его удивйтельнымъ іго- строеніем'ь;съ удовольствіемъ иензъяспнмымъ впяіу русскихъ гренадеръ передъ Траяновой колоной или у рѣшетки Тюльери, передъ Агс сіе ТгіотрЪе, гдѣ изображены и Ульмъ, и Аустерлицъ, и Фридландъ, и Іена... Фран- цузы дорого заплатили за свою славу, любез- ный другъ»! Такимъ же увлеченіемъ и заносчивымъ, по- верхностнымъ взглядомъ на Францію, на французскую литературу и иросвѣщеніе от- зывается вообще все то, что Батюшковъ пп- шетъ изъ Парижа о иребываніи въ немъ, прпчемъ называеіъ себя «маленькимъ Ти- булломъ, или проще, капптаномъ русской им- ператорской службы, что въ нынѣшнее вре- мя важпѣе, нежели бывшій кавалеръ или всадникъ римскіі (ибо, но словамъ Соломо- на, «живой воробей лучше мертваго льва»)...» Особенно странно и неиріятио поражаютъ насъ сужденія «малеиькаго Тибуиа» о со- времеиномъ состояніи французской литера- туры: «Нынѣіиній годъ была предложена къ увѣн- чанію (въ академіи) «Смерть Баярда»; но, по слабости поэзіи, ие получила обыкновен- ной награды. Теперь отгадайте, какой пред- мет!. пазначенъ для будущаго года? -«Поль- за прививанія коровьей оспы»!! Это хоть бы нашей академіи выдумать! По этому, лю- безный, другъ, можете судить о состояти фран- цузской словесности. Ее не любилъ Наполе- онъ.... что немало послужило къ упадку ака- деміи французской. Правленіе долоюно лелѣять и баловать музъ; иначе оиѣ будутъ безплод- ни. Слѣдуя обыкновенному теченію вещей, я думаю, что вѣкъ славы для французской словесности прошелъ и врядъ-ли можетъ ког- да воротиться. Внрочемъ мирное отечествен- ное правленіе будетъ во сто разъ благосклои- нѣе для музъ судорожпаго тираискаго пра- вленія корсиканца» . . . Изъ Парижа Батюшковъ отправился въ Англію и оттуда, моремъ, въ Стокгольмъ, гдѣ тогда совѣтникомъпосольства находился близ- кій пріятель Батюшкова, Д. П. Блудовъ, так- же собиравшійся ѣхать въРоссію. Здѣсь на- писана была элегія «На развалинахъ замка въ Швецт» и прекрасный отрывокъ Воспомина- нія {Я чувствую, мой даръ въ поэзіи погасъ...). Оба эти стихотворепія остаются настолько же намятникомъ пребыванія Батюшкова въ Швеціи, на сколько два другія его стпхотво- ренія — « Плѣнный» и, Переходъ черезъ Рейнъ — памятникомъ участія въ камнанія 1813- 1814 гг. Иаконецъ, въ первыхъ числахъ іюия 1814 г., Батюшковъ возвратился въ Петер- бург'!., пробывъ почти два года за границей,— и странное чувство овладѣло имъ: Сродь ужаеовъ земли и ужасовъ морей Блуждая, бѣдствуя, искаіъ своей Итаки Богобоязненный страдалецъ Одиссей; Стопой безтрепетной сходилъ Аида въ мраки; Харибды яростной, подводной Сциллы стонъ Не потрясли душп высокой. Казалось, побѣдплъ терпѣньемъ рокъ жестокой И чашу горести до капли выпилъ онъ: Казалось, небеса карать его устали, И тихо соннаго. домчали ') Воспомннанію о Нетинѣ посвящена прекрасная элегія Батюшкова; «Тѣнь друга». I 'і аі 1) і