b000000635

ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. ОЗЕРОВА. ной изііѣстностп въ литературѣ, Дмитріевъ, покпнувъ службу, также спокойно и счаст- ливо дожнвалъ свой долгій вѣкъ въ Москвѣ, всѣми уважаемый п прославляемый, напе- рерывъ избираемый въ почетные п дѣйствп- тельные члены всевозможныхъ русскихъ ученыхъ и «другихъ благопаыѣренныхъ об- ществъ въ Имперіи». ') Ему иришлось быть свидѣтелемъ настуиленія и полной, широ- кой дѣятельностп новаго Пушкинскаго по- колѣнія молодыхъ русскпхъ писателей; онъ даже и умеръ въ одшгь годъ съ Пущкинымъ. Озеровъ. Мы, конечно, пе ыожемъ удивляться тому, что другъ Карамзина и современниЕЪ славы Державина не вполнѣ справедливо отно- сится къ успѣхаыъ поэтовъ Пушкинской школы; но каждаго конечно долясенъ уди- вить тотъ чрезвычайно наивный отзывъ, ко- торый быіъ сдѣланъ о Дмитріевѣ однимъ пзъ корнѳеевъ пашей учености въипсьмѣ окончи- пѣ п погребенін Дмнтріева; «Мы привыкли — ппшетъ ученый — «видѣть въ (Дмитріевѣ) и Карамзина, и Державина, н Богдановича; онъ былъ для иасъ представителем'!) лучша- го времени, когда литература паша была чище, благороднѣе, прекраснѣе. Что скажетъ онъ Карамзину на его вопросъ (зіе!) о тепереш- ') Взмядъ намою жизнь, стр. 93. 5 ) Письма жизнь». Си. тамъ письмо 2-е, стр. 205 — 306. 478 пемъ ея соетолпіи? Мерзость запустѣнія на мѣстѣ святѣ, купующія и продающія, и нѣтъ бпча-пзгоннтеля, и какіе виды въ буду- щемъ!»... Затѣмъ слѣдуютъ похвалы такого содерлинія ; «Человѣкъ почтенный» — пи- шетъ ученый— ...«въ рангѣ Дѣйствителыіаго Тайнаго Совѣтника, онъ любилъ литерату- ру; съ тремя звѣздами, онъ пріѣзжалъ во вся- кое ученое собрапіе; Министръ Юстнціи, онъ оставнлъ иослѣ себя только 600 родовыхъ душъ; русскій номѣщпкъ — безъ долговъ; поэтъ — умолкнувшій во время; старикъ, съ которымъ всегда пріятно было проводить время, привѣтлпвый, ласковый. Да почіетъ въ мирѣ прахъ его! а имя его останется навсегда незабвеннымъ въ исторіи русской литературы». 2 ) Не слѣдуетъ забывать того, что это все было писано вскорѣ послѣ смер- ти Пушкина и нритомъ въ одинъ пзъ са- мыхъ замѣчательныхъ періодовъ нашей ли- тературы. Мы имѣемъ осиованіе думать, что и будущія, болѣе насъ строгія въ литера- турной крптикѣ поколѣнія не отиимутъ мо- жетъ быть у Дмптріева то мѣсто, которое по заслугамъ прпнадлежитъ ему въ нашей ли- тературѣ: но они конечно съумѣютъ похва- лить его съ болыпимъ достоппствомъ... Рядомъ съ Дмитріевымъ, въ чпслѣ пер- выхъ послѣдователей сентиментальной шко- лы, заслуживающихъ вполнѣ вннманія лите- ратурной критики, слѣдуетъ поставить на- віего драматическаго писателя, Владислава Александровича Озерова (род. 1770 г., ум. въ 1816 г.) Къ сожалѣнію мы пе имѣемъ объ этомъ замѣчательномъ нпсателѣ положи- тельно никакихъ біографическихъ свѣдѣпій и его біографія, любопытная во многпхъ от- ношеиіяхъ, извѣстна намъ гораздо менѣе, нежели біографія Хемнпцера. Если мы нмѣ- ли право упомянуть выше, что біографія Хем- ницера состонтъ вся только пзъ иѣсколышхъ анекдотовъ, то относительно біографіи Озе- рова прійдется сказать, что она вся заклю- чается въ двухъ-трехъ фактахъ и въ нѣсколь- кнхъ намекахъ на совершенно темные, пе- извѣстные намъ факты. Достовѣрно пзвѣстно только то , что В. А. Озеровъ родился въ Тверской губериіи, воспитывался въ томъ же кадетскомъ кор- I. П. Погодина, приложенные къ «Взгляду на мою I