b000000635

доыоносовъ ИСТОРШ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ. ЦРКДЪ СУДОМЪ ты. Въ комелькѣ огонь, какъ будто проща- ясь съ хозяиномъ, то вспыхивалъ, то уга- салъ. Мы вошли къ Ломоносову тнхомол- комъ, безъ доклада; по услыша привѣтъ Им- ператрицы: «здравствуйте, Михаило Василье- впчъ!» онъ вскочидъ какъ будто съ просо- нокъ. «Я пріѣхала съ княгинею посѣтить васъ, услышавъ о вашемъ нездоровьѣ, или лучше сказать о вашей грусти». Нѣсколько мпнутъ уста Ломоносова окованы были мол- чаніемъ. Наконецъ онъ восклпкнулъ: «нѣтъ государыня! не я нездоровъ, не я грустенъ, больна и грустна душа моя! — «Полечите ее», отвѣчала Екатерина, «полечите ее живымъ иеромъ свонмъ. Привѣтствуяменя съ новымъ годомъ, вы сказали, что также усердствуете ко мнѣ, какъ и къ дочери Петра Великаго. Чтоже, неужели вы намѣрены мнѣ пзмѣ- нить?— «Измѣннть Вамъ, матушка Госуда- рыня? Нѣтъ, не перо, а сердце мое писаю: Твой трудъ для насъ обогащенье. Мы чтииъ стѣвою подвигъ твой, Твой разумъ— наше просвѣщенье, И неусыпность — нашъ нокой! Слезы блеснули въ очахъ Екатерины и она возразила: «вѣрю, вѣрю, Михаиле Василье- вич';., а чтобы еще болѣе удостовѣрить меня, то завтра пріѣзжайте ко мнѣ откушать хлѣ- ба-солп. 111, и у меня будутъ такіе же горя- чіе, какими подчпвала васъ ваша хозяйка»... Уже въ самомъ началѣ настоящей главы, было памп упомянуто о томъ, что Ломоно- совъ стоитъ на грани, отдѣляюшей «эпоху преобразованій» отъ новѣшпаго времени, и что на его долю досталось быть нослѣднимъ въ ряду тѣхъ нашихъ лптературныхъ дея- телей, которые одновременно являлись и учеными, и литераторами, и иритомт. болѣе учеными, нежели литераторами, вслѣдствіе того, что наука ранѣе получила значеніе въ нашемъ молодомъ, зарождающемся обще- ствѣ, а литература нріобрѣла свое настоя- щее значеніе въ немъ уясе гораздо иозднѣе. При этомъ мы указывали выше и на то пред- почтете, которое многіе изъ нашихъ дѣяте- лей литературныхъ придавали своимъ лите- ратурнымъ занятіямъ; они смотрѣли на нііхъ исключительно какъ на занятія, прпличныя только досугу, какъ на забаву, которая мно- гими считалась позволительною только для людей пзвѣстнаго возраста, извѣстнаго ио- 282 ложенія въ свѣтѣ и т. п. Пѣсколько позже взглядъ на литературныя занятія, хотя и не возвысился, но все же нѣсколько измѣ- нился. И Тредьлковскш, и Ломоносовъ от- даютъ еще положительное предночтеніе сво- имъ научнымъ нзслѣдованьямъ передъ сво- ими же чисто-литературными произведеніям и; Ломоносовъ рѣшается даже открыто насмѣ- хаться надъ людьми, исключительно посвя- тившими себя занятіямъ литературнымъ;— од- нако придаетъ уже литературѣ важное зна- ченіе, какъ такому орудію, которымъ мож- но съ болыпимъ удобствомъ пользоваться для проведенія въ общество новыхъ идей, для нстолкованія различныхъ истинъ, не только отвлеченныхъ, нравственныхъ, но да- лее и иринадлежащихъ къ области научнаго изслѣдованья. На этомъ основаніи онъ за- ботился и о томъ, чтобы дать русской иуб- ликѣ образцы литературныхъ произведеній во всѣхъ родахъ, и о томъ, чтобы улучшить и довести до возможнаго совершенства са- мый языкъ русской литературы и науки. Несмотря однакоже на весьма значительные труды, предпринятые Л омоносовымъ для улуч- щіенія нашего лнтературнаго слога и для изслѣдованья коренныхъ свойствъ нашего роднаго языка, не смотря на весьма значи- тельное количество иоэтпческихъ и прозаи- тическихъ литературныхъ произведеній, ос- тавленных!. намъ Ломоносовым'!., этотъ ге- ніальный труженикъ имѣетъ гораздо болѣе важное значеніе въ исторін нашей науки, нежели въ исторіи литературы ХУІІІ в. Бли- жайшее потомство смотрѣло на Ломоносова совсѣмъ не такъ, какъ мы на него смотримъ : оно выше цѣнило въ немъ литературныя, по- этическія его достоинства и вообще мало об- ращало вниманія на заслуги Ломоносова, какъ ученаго, какъ натуралиста, обогатив- шаго даже и европейскую науку многими новыми открытіями.... Ломоносовъ, не толь- ко какъ иоэтъ, но даже и какъ ораюръ, и какъ историкъ, загораживалъ передъ лицемъ ближайшаго потомства величавую личность Ломоносова-натуралиста, только потому, что эта область его дѣятельности была бо- лѣе близка и понятна его современиикамъ, нежели мало-извѣстная имъ область люби- мыхъ его паучныхъ занятіи. Къ тому же, по мѣрѣ того, какъ жизнь общественная на- чинала у насъ болѣе и болѣе развиваться, по мѣрѣ того какъ общество начинало ощу-