b000000635

ПРЕОБРАЗОВАНІЯ ИСТОРІЯ русской литературы. и ЛИТЕРАТУРА. что помянутый нами разрывъ, то ужъ конеч- но эпоху преобразоианій, неожиданно дм общества являвшихся, быстро вводимыхъ и еще быстрѣе одно за другимъ слѣдовавішгхъ, нельзя не упрекнуть въ томъ, что она вно- сила въ русскую жизнь одну очень вредную сторону: — уваженіе къ формѣ, нредиочтеніе, отдаваемое всѣми внѣшиеи формѣ нередъ внутреншшъ содержаніемъ, чпсто-внѣпшій, формальный переходъ отъстараго норядкакъ новому. Вынуяадаемое Петромъ къ реформѣ общество, въ большей своей части, перехо- дило къ ней поневолѣ, насильно напяливало себѣ на плечи узкое нѣмецкое платье, и, при- крывая голову французскимъ иарнкомъ, не отказывалось хранить въ ней свой прежній грубый взглядъ на вещп и питать въ серд- цѣ вое тѣ же, старыя боярскія замашки безобразно-широкой, разнузданной русской натуры. Даже и пріобрѣтая блестящій лоскъ европейскаго образованія, многіе ухитрялись воспринять его ровно на столько, что оно придавало пмъ внѣшній видъ европейцевъ, нимало ие касаясь ихь сердца, ипыаю не об- разовывая ихъ ума... Къ этому неизбѣжноиу н независѣвше- му отъ воли Петра свойству всякой ре- формы, вводимой быстро и притомъ вводи- мой силою, примешивалась еще и другая' сто- рона ея, сильно повліявшая на нашу литера- туру и образованность н стоявшая уже въ тѣсной зависимости отъ личныхъ воззрѣиій Петра на литературу и науку. Петръ, какъ мы уже видѣлн выше, до нѣкоторой степени сходился во взглядѣ на литературу и науку съ кіевскими учеными; въ неутомпмомъ же- ланіи добра Россіи онъ старался достиг- нуть того, чтобы въ короткое время доста- вить ей возможность пользоваться плодами европейской образованности, преимуществен- но въирішѣненіикъ жизни. Не надѣясь иапо- слѣдующій неріодъ, Петръ спѣшиіъ внести въ Россію тотъ заиасъ науки,какой,по его мнѣнію, былъ ей нуженъ для достиженія извѣстиой сте- пени біагосостоянія, и развитію литературы способствовалъ лишь настолько, насколько она, но его же мнѣнію, могла быть полезною его цѣлямъ и зарождающейся въ обществѣ жиз- ни. И въ лнтературѣ. и въ наукѣ Петръ оди- наково искалъ только существенно- необходи- маго для жизни, и на эюмъ основаніи, не прилагая особенной заботы къ возвышешю общаго уровня русской образованности, онъ, въ тоже время, съ болыпимъ трудомъ и уси- ліямн старался направить сиособиѣйшихъдѣ- ятелей къ пскуствепно-вызваниому имъ сие- ціалыюму образованію, п съ удовольствіемъ смотрѣлъ на искуствеино-вызываемую имъ литературную и научную дѣятельность, огра- ничивавшуюся весьма опредѣл-енными и узко-утилитарными цѣлями. Въ результат!; выходило то, что ни наукѣ, ни литературѣ, въ собственномъ смыслѣ этого слова, нри Петрѣ не было никакой возможности раз- виться: — вмѣсто литературы видимъ только примѣненіе лнтературиыхъ пріемовъ, какъ средства для распространенія нзвѣстнаго опредѣленнаго колпчестваидейи для достиже- нія настолько жеизвѣстнаго и настолько же оиредѣленнаго количества дѣ лей; вмѣсто нау- ки видимъ тоже въ болыпей части случаевъ лишь примѣиеніе научныхъ ігріемовъ и свѣ- дѣній къ практической жизни. Какъ ни были важны тѣ результаты, которыхъ Петръ уснѣ- валъ добиться этимъ сокращеинымъ путемъ, однакоже послѣдствія показали, что этотъ со- кращенный путь могъ только до нѣкоторой степени и на время способствовать достнже- нію главной цѣлп Петра и его преобразова- ній, — т. е. внесенію въ Россію европейской образованности и развитію унасъ умствен- ной дѣятельности настолько, чтобы жизнь народная могла найти себѣ болѣе или менѣе полное выраженіе въ наукѣ и литературѣ. Благодаря тому направлепію, которое Петръ иридалъ въ Россін литературѣ и наукѣ, очень долго не могъ у насъ въ обществѣ устано- виться серьезный взглядъ ни на литературу, ни на науку. Мало того: дѣятельность науч- ную долгое время не отдѣляли отъ дѣятель- ности литературной, и собственно литератур- ной дѣятельностп въ началѣ не придавали рѣшительно никакого зиаченія. Положеніе и ученаго, п литератора было до такой сте- нени ново въ неріодъ жизни нашего обще- ства, непосредственно послѣдовавшій за эпо- хою преобразованій, что въ самой средѣ тѣхъ дѣятелей, которые посвящали себя литера- турѣ и наукѣ, долго не могъ, повндимому, установиться правильный взглядъ на отно- шенія между наукой и литературой. Многіе изъ нихъ не рѣшались смотрѣть на литера- туру иначе, какъ на забаву, какъ на хоро- шее препровожденіе времени на досугѣ, меж- ду дѣломъ... И вотъ, напространствѣ всего ие- ріода нашей литературы, непосредственно 233