b000000588

- 646 — всю свою жизнь, какъ родиому любимому дѣтнщу. Такимъ оно п было длянего въ дѣйствитедьностп. Для него ие жалѣлъ онъ пи свопхъ силъ, ни здоровья, ставя всегда на первомъ плаи$ лишь интересы дорогого института. Припомнимъ, какъ два года тому назадъ, послѣ только что закончившагося академическаго года, утомлешшй годовьши занятіями и дгродолжительными экза- менами, Георгій Илькчъ, не взирая иа увѣщапія близкихъ ему лицъ, съ особен- нымъ жаромъ и рвепіемъ принялся за исполнепіе своей давнжшней мечты— рас- ширенія н перестройки инстптутскихъ зданій. Каждое утро спѣшилъ оиъ изъ Кунцова па работы оставаясь на стройкѣ и въ канцеляріи нерѣдко до самаго позд- няго вечера. Онъ все тороштлся, какъ будто боялся' за свои силы, боялся за то, что ему ие удастся увидѣть окончанія начатаго дѣла. И дѣйствителыю, надлом- лешше уже здоровье его не выдержало такой напряженной дѣятельиостп и къ конду лѣта, когда все уже завершалось, онъ долженъ былъ по настояиію врачей уѣхать лѣчпться за-граиицу. Но осеныо, лишь только оиъ сиова показался въ Ииститутѣ, оиъ опять принялся съ той же энергіей за дѣла своего ліоби- маго дѣтища. , Передъ нами, преподавателями гимназическихъ классовъ, еще такъ живы тѣ добрыя, скажу безъ иреувеличенія, тѣ рѣдкостныя отношенія, какія установи- лись между нимъ, какъ директоромъ, и преподавательской корпоращей. Полиое довѣріе и уважеиіе къ дѣятельиости преподавателей, ностоянная готовиость вы- слушать миѣніе каждаго, умѣнье нримирить иротивополонпшя воззрѣнія и съ особо присущимъ ему тактомъ погаспть пачииающійся разладъ, — вотъ черты, которымп можно охарактеризовать отношенія къ намъ нокойиаго. Каждый изъ насъ работалъ сиокойно и бодро, зная, что ему довѣряютъ, что трудъ его цѣ- нятъ, что ему всегда готовы ирійти на иомощь. Отъ такпхъ отношеиій только выигрывало дѣло, выигрывали и дѣтп, которыхъ такъ горячо любплъ Г. И. Если тяжела эта утрата для насъ, то еще тяжеле она является для юныхъ питомцевъ Лазаревскаго института, для которыхъ иокойный, можно сказать, былъ вторымъ отцемъ. Кто изъ насъ не знаетъ, съ какой непрпнужденностью шли къ нему дѣти со своимп нуждами, со своимъ горемъ, увѣренные, что всегда найдутъ у иего совѣтъ п иоддержку. Оиъ зиалъ не только каждаго, но и .его семыо, ту обстановку, ту среду, изъ которой вышелъ мальчикъ. Нерѣдко раз- личиыя недоумѣнія разрѣшались нѣсколышми словами покойнаго, дававшаго то или другое разъяснеиіе, касавшееся лшзни воспитанника пли его семьи. Такая близость къ ученикамъ института объясняется необыкновениой любавью, ко- торую пихалъ покойныі къ этимъ нерѣдко попстинѣ несчастнымъ дѣтямъ, ото- рваннымъ отъ своей родиой семьи и заброшеннымъ на далекую чулібпну. Онъ нонималъ ихъ, онъ жалѣдъ и скорбѣлъ о нихъ, стараясь по возмож- ноЬти замѣнить имъ то, что оии нотеряли. Въ этой любви къ своимъ едино- кровиымъ братьямъ, въ этомъ желаніи служпть неизмѣино ихъ иросвѣщенію и заключается разгадка той кипучей и неутомимой дѣятельности, которую про- являлъ иокойный почти до послѣднихъ дней своей жизни. Здѣсь онъ почерпалъ силы для борьбы . съ недугомъ, который все бодѣе и болѣе подтачивалъ его. Здоровье его было уже совсѣмъ расшатано, уже не хватало силъ, а онъ все не могъ разстаться съ Инстптутомъ, нока наконецъ не иалъ на нашей трудовой