b000000588

— 245 — нялась Юргюкъ-Удаганъ съ вошшногаго иѣднаго стула, мягко удыбнулась п пошла на западъ. А распущенныя алыя косы потянулпеь сверкающішъ хвостомъ sa ней, какъ тѣ страшныя чудныя звѣзды, что появляются пногда на небѣ и -сулятъ землѣ или велпкую радость илп великое несчастье. Вотъ спустплась Шргюкъ-Удаганъ на «запутанное небо», гдѣ рождаются облака. Здѣсь у окна юрты часто сиднтъ злой духъ и швыряетъ на зежлю камни. Людн говорятъ тогда, что громъ гремитъ. Съ «запутаннаго неба» Юргюкъ-Удаганъ спустплась ниже. Подікавъ ногп, спдѣлъ здѣсь на огромной бѣлой кобыльеіі шкурѣ страшный злоіі духъ Тимпръ-Садалбы. Лицо его въ морщинахъ. Ты видѣлъ, сколько пузы- рей появляются на лунѣ во время дождя? Еще бодьше желваковъ на лицѣ злаго духа. Голова у него плѣшива, какъ внутренность нелуженаго ыѣднаго котла. Отдѣльные зубы торчатъ изъ шпрокаго хайла, какъ пни въ вырублешшгь яѣсу. Въ одной рукѣ Тюшръ-Садалбы держалъ четырехугольный бубенъ, обтянутый высушенной кожей пѣгаго жеребца, а въ другой ■ — осмоленную «ворчливую» колотушку. Гулко п рѣзко звучали удары. 1 подъ ладъ имъ корчплись п выли ,на землѣ женщпны, одержшыя той болѣзнью, которую ыы, якуты, называемъ минерикъ 1 ). — Еудапдешь, Юргюкъ-Удаганъ? — спросплъ Тпмпръ-Садалбы. — Остановпсь. Далѣе хододно, далѣе мученія. Но улыбнулась только дѣвушка п пошла дальше. И заыерла на время рука Тшшръ-Садалбы, п долго слѣдилъ онъ за свѣтомъ, что остался отъ косъ Юргюкъ-Удаганъ. Вотъ стала достпгать она уже той „незыблемой бездны", о глубинѣ кото- рой еще не разсуждали, ширину которой еще нѳ пзмѣрплп. Тутъ начпнается рѣка. Перевозъ черезъ нее держптъ старпкъ Бергень. Еще пздалп послышался страшный свпстъ, подобный вою вѣтра въ гольцахъ. Огромныя лпственнпцы гнулпсь до земли п щепались на тонкія лучшіки. To эрапклъ Бергень. — Еуда пдешь ты Юргюкъ-Удаганъ? — спросилъ проснувшійся перевоз- чикъ. — Или ты хочешь видѣть смерть? . Но дѣвушка только улыбнулась, п послушно выта - щшіа Бергень свой кар- басъ, сшптый тальнпковой впцей. Какъ трудѳнъ былъ переѣздъ вЪ „нижній міръ"! Два дня сначала плылп по огненной рѣкѣ. Съ воеыъ клокоталп волны ъокругъ. Потомъ прошли волокъ въ полтора кіось (15 верстъ). Здѣсь копоши- лось столько гадовъ, что ногѣ ступить нѳгдѣ было. А тамъ пошло огромное „море плѣсени" да еще кровавая рѣка. Небо стало сѣро, „какъ рыбья щерба". Всюду на кочкахъ сидѣли огромныя лягушкп, велпчпной съ трехгодовалыхъ 5ычковъ. Прпсталъ карбасъ къ берегу. Высадпдъ Бергень дѣвушку п попдылъ обратно. Пошла Юргюкъ-Удаганъ все дадѣе на западъ. Вотъ мпмо съ воемъ пробѣжалъ звѣрь Мякь-Тугай, съ тремя ногамп на нупѣ-, тихо и неслышно про- плыли кюлюхь (тѣни). Онѣ вели провпнпвшагося дьявола, чтобы запереть его въ жедѣзный дабазъ. Всѣ оглядывалпсь на Юргюкъ-Удаганъ п все гададі-і, какъ и зачѣмъ она могла попасть сюда. Пробовали ей «три тѣни обыанщпка» засту- пить дорогу; но дѣвушка только улыбнулась, п пропустшш онѣ дочь солнца, и ^ Родъ кликушеотва, которымъ потіи поголовно страдаютъ якттки