b000000588

(Изъ дорожныхъ воспоминаній) . — Тоэто! (постой!) раздался сзадп отчаяиный крпкъ нашего спутника, ста- раго казака Николая. Караванъ остановился. — Что такое?— спросилъ, полуобернувпшсь въ сѣдлѣ проводникъ, Якутъ Кумулякъ. ' — Еонь съ камня сорвался; — пояснялъ Николай, — скорѣе, огонёръ (старина). Якутъ медленно сдѣзъ, надвинулъ ниже на упш шапочку, сшитую изъ шкурокъ гагаръ, — затѣмъ, проваливаясь по поясъ въ рыхлый снѣгъ, лежавшій всюду въ горныхъ трещинахъ, пошелъ на выручку къ Николаю, конь котораго по брюхо загрузъ въ снѣгъ. Мы &іеег въ керстагь въ нятистахъ^ еѣверйі^ Верхоянска, въ горахъ Тасъ-Хаята, являющихся едва ли не наиболѣе дикой частью всей Якутской области. Вотъ уже много дней, какъ.мы оставили «го- родъ> и теперь весенняя распутица грозила насъ совершенно отрѣзать отъ лю- дей, тогда именно, когда они наиъ были особенно надобны. Наши запасы, ко- торые мы три мѣсяца тому назадъ вывезли изъ Якутска,— всѣ истощидись. До^ ближайшаго жилья было много дией пути; весь норохъ вышелъ до зерна; на придачу, верховыѳ кони, которыхъ мы не мѣняли около мѣсяца, выбились со- вершенно изъ силъ на этой адской горной «дорогѣ», если только этотъ терминъ можетъ быть употребленъ. Въ этихъ далекпхъ краяхъ еще не дошли до ковки коней. Острые камни искалѣчили совершенно ногп у половины нашихъ вьючньаъ коней. Еаждый разъ, когда они ступали, оставался слабый кровавый слѣдъ. Мы вынуждены были подвигаться лишь маленькими переходами въ 15—20 верстъ ежедневно, устраивая частыя дневки и это тогда, когда каждый часъ былъ до- рогъ. Еругомъ насъ тѣснымъ кольцомъ охватили гольцы. Каждый разъ прихо- дилось слѣзать съ коней, чтобы взвести ихъ на косогоръ или, чтобы спуститься но головоломному скату. Чуть ли ие каждые десять шаговъ лошади провалива-